Александр Шумский

В разгар долгожданной для дизайнеров и просто для любителей моды Russian Fashion Week, генеральный продюсер RFW Александр Шумский рассказал о молодых перспективных дизайнерах и о том, как изменилась Неделя Моды с 1999 года.

Расскажите, с чего началась Russian Fashion Week?

PR-Агентство «Артефакт» всегда работало в модной индустрии, помимо других областей. Мы работали и с русскими дизайнерами, еще в конце 90-х. В 2000–2001 агентство стало соучредителем Российской Недели Pret-a-porter, которая существует с 1999 года. Позже, в 2002 году мы переименовали это мероприятие в Russian Fashion Week.

Насколько изменилась RFW с того времени?

Изменения начались как раз с 1999 года, потому что именно тогда появилась первая профессиональная сезонная неделя моды, и есть несколько дизайнеров, которые до сих пор участвуют в RFW с того времени. В 1999 году в неделе моды участвовало всего 6 дизайнеров, в 2002 году – двадцать пять, сегодня в RFW уже больше шестидесяти показов.

Как происходит выбор западных дизайнеров, которых вы хотите привезти на RFW?

Мы их не выбираем и тем более не привозим. Оргкомитет RFW получает десятки заявок со всего мира и, если они нас устраивают, мы приглашаем иностранных дизайнеров к участию. Практически все западные дизайнеры нас в данном случае устраивают. Понятное дело, что дизайнеры из Танзании (такие заявки были!) нам не подходят. Единственное исключение – это национальные дни Russian Fashion Week, которые мы делаем совместно с мировыми неделями моды. У нас партнерские отношения с Национальной палатой моды Италии, аналогичными организациями в Китае, Греции, Португалии, Норвегии, Швеции и так далее. Мы делали Британский день на RFW в партнерстве с London Fashion Week. Соответственно, российские дизайнеры участвуют в аналогичных неделях моды по всему миру. Например, сейчас Сергей Теплов едет в Куала-Лумпур на Malaysia International Fashion Week.

Большая часть молодых дизайнеров жалуется на то, то им практически невозможно заработать денег на своем деле. Организация показа требует от них больших затрат и они практически постоянно сидят в долгах.

Если у дизайнера нет денег и нет возможности развиваться, зачем тогда работать? Я не знаю ни одного достойного дизайнера, который бы делал показ на последние деньги. Показ – это промо-мероприятие. Он для того и проводится, чтобы после показа у дизайнера появилось еще больше клиентов, еще больше денег. Неделя моды создана для того, чтобы у дизайнера появились более качественные условия, больше возможностей стать востребованным. Тем более удобно, когда это все происходит в одном месте. Более опытные дизайнеры имеют возможность делать самостоятельные показы, тем более, когда этого требует их линия и концепция. Это нормально. Не исключаю, что со временем Russian Fashion Week, подобно неделям моды в Париже или Милане, будет на 50–60% состоять из индивидуальных показов. Когда это время наступит, это будет означать, что наша индустрия моды развилась окончательно и бесповоротно. Есть молодые марки в этом сезоне – Chari и Anna Direchina, у которых хорошее стартовое положение, при этом их дебютные коллекции достаточно сильные. В них видна перспектива.

У нас еще есть другая проблема – русские дизайнеры слишком рано открывают свои собственные Дома Моды. На западе дизайнеры работают при другом дизайнере не до 22–25 лет, а до 32–35. И только потом, набравшись опыта, запускают собственную марку. А у нас так и получается, что молодые дизайнеры – действительно молодые. Но это особенности нашей страны, все находится в развитии. Лучше, конечно, поработать, набраться опыта, и уже потом начинать делать что-то свое. Хороший пример – Султанна Французова, которая работала на марку LO. Это же школа, которая помогла ей, когда у нее появились партнеры, запустить собственный бренд. В итоге это принесло хороший коммерческий результат.