Views Comments Previous Next Search

Между первой и второй перерывчик небольшой

212562
НаписалКатя Руднер 11 ноября 2007
212562

Во время вчерашних дебатов Фредерик Бегбедер и Мишель Уэльбек убедили всех, что короткие паузы они делают не только между книжками, но и между рюмками.

Аккредитация на литературные дебаты Фредерика Бегбедера и Мишеля Уэльбека длилась чуть меньше суток. За это время желающих набралось столько, что в фотостудии Eleven было не протолкнуться – одних журналистов пришло больше 200 человек. В первом ряду сидел даже посол Франции Станислас де Лабуле, а нам достались сантиметров тридцать деревянной скамейки в самом конце зала.

Дебаты не задались с самого начала: обязанности опоздавшего переводчика пришлось взять на себя издателю обоих писателей – Сергею Пархоменко. Герои же, поднявшись на сцену, заметно стушевались и, казалось, совсем не понимали, о чём говорить. Бегбедер смущённо хихикал, Уэльбек и вовсе молчал.

Обещанная словесная дуэль двух скандально известных литераторов на поверку оказалась рядовой пьянкой при свиделелях. Словом, не получились дебаты. Подкачала ли организация, не хватило ли харизмы героям, виноват ли алкоголь — понимай как хочешь.

Для тех, кто пропустил аккредитацию, забыл прийти или попросту не верит сказанному – поминутная стенограмма беседы писателей:

Между первой и второй перерывчик небольшой. Изображение № 1.

00:10

Бегбедер: у меня в голове образ России, которой на самом деле нет. Это Россия моих снов, фантазий и моей мечты.

Уэльбек: есть подозрение, что в России у всех в голове творится то же, что и у Раскольникова. Если спросить у француза, что такое русская душа, я думаю, скорее всего скажут именно про него.

Бегбедер: Я и сам нахожу что-то важное для себя в этом персонаже, который разрываем алкоголизмом и проститутками, которые его окружают.

00:15

Бегбедер: фраза, которая мне кажется самой справедливой по отношению в Уэльбеку – это то, что он «играет в лего со своим эго». Большая проблема французских писателей – нарциссизм. Огромная их часть считает, что если они пишут о каких-то страданиях – они талантливы. На самом деле это шантаж. Всем плевать, что ты страдаешь. Всё, о чём тебя просят – хорошо писать.

00:20

Бегбедер: Svetlana! Can you bring a bottle of vodka please? (наливает себе и Уэльбеку)

Приносят блюдо с круассанами.

Пархоменко: не надо этого, унесите. Пусть так пьют.

Писатели, морщась, выпивают первую рюмку. Зал аплодирует и свистит.

Между первой и второй перерывчик небольшой. Изображение № 2.

00:30

Бегбедер: если честно, во Франции к нам плохо относятся. Но я почувствовал, что в России меня любят, и у меня появилось желание приезжать сюда почаще. Хоть это и отвратительное желание – чтобы тебя все любили.

00:35

Бегбедер: (выпивая третью рюмку) я могу сразу сказать, что мне не даст выразить своё мнение о Владимире Путине. Я просто боюсь.

Уэльбек: а мне он очень нравится!

00:40

Бегбедер:

Мы исходим из одного и того же явления – из фрустрации. Просто Уэльбек больше пишет о маргиналах, которые выброшены из общества, а я, скорее, о людях, которые живут в нем, действуя нагло и нахально.

00:50

Из зала приходит написанный на чеке из супермаркета вопрос: «Доводилось ли вам когда-нибудь смотреть на реку?»

Уэльбек: (после четвёртой рюмки) «Вообще мы речные писатели, мы часто пишем о речных делах.»

Бегбедер говорит что-то невразумительное про йогуртовые реки, активно жестикулирует и громко смеётся.

1:00

Бегбдер: Я пишу реалистические романы, отчасти потому, что мне не хватает воображения. Мне очень часто задают вопрос про то, насколько я соответствую своему литературному герою – Октаву Паранго. Правда ли я укладывал в постель пятнидцатилетних девочек и так далее. Ответ такой: я не помню.

1:10

Бутылка подходит к концу. Уэльбек с отсутствующим взглядом съёживается в кресле. Бегбедер, размахивая руками и болтая ногами, признаётся, что ему нравятся женщины в униформе школьниц, полицейских, учительниц.

1:30

Бутылка заканчивается. Уэльбек окончательно уходит в себя, ответы Бегбедера становятся совсем невразумительными. Оба писателя здорово пьяны.

Пархоменко: По-моему, нам надо оставить их вдвоём. Им есть о чём поговорить.

По окончании дебатов зазевавшийся Бегбедер остаётся раздавать автографы, а его более расторопный коллега покидает зал. На улице Уэльбек ещё несколько минут ходит вокруг машины, выбирая, сесть ему назад или вперёд, и наконец уезжает.

фото: Антон Мурад

Рассказать друзьям
21 комментарийпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.