Views Comments Previous Next Search

Как начинался «Ледниковый период»

В четверг на экраны выходит «Ледниковый период 4» - очередной сиквел одного из самых старых и знаменитых компьютерных мультфильмов. Чтобы понять причину ошеломительного успеха этой франшизы, интересно было бы вернуться в недалекое прошлое и посмотреть, как начинался этот проект.

Если попросить эрудированного зрителя назвать три студии, совершившие прорыв в компьютерной анимации, то первые два названия придут незамедлительно – это Pixar и Dream Works, а вот над третьим придется подумать. Может быть, Sony? Или Paramaunt? Правильный ответ назовут, пожалуй, немногие. Конечно, это Blue Sky, которой мы обязаны «Ледниковым периодом», «Роботами», «Рио» и «Хортоном». Их продукция выходит под знаком «XXth Century Fox» (поскольку небольшая студия является частью этой огромной компании, точно как Pixar теперь является частью компании Disney), и лейбл самого Blue Sky часто остается незамеченным для русского зрителя. А жаль. Крис Уэдж и его соратники достойны того, чтобы знать их в лицо.

В мультипликацию Уэдж пришел в начале 1980-х, получив одновременно с кинообразованием магистерскую степень в области компьютерной графики. В начале десятилетия он работал на студию Disney и параллельно сделал два коротких фильма, Tuber's Two-Step и Balloon Guy. А в 1997-м году он и еще несколько его коллег основали под сенью «20th Century Fox» студию Blue Sky, которая занималась изначально рекламой и спецэффектами. Уэдж на добрых десять лет оставил режиссуру и вернулся к кино только во второй половине 1990-х. Зато в отличие от первых двух работ, третья его короткометражка имела сногсшибательный успех. Bunny (1998) – это забавнейшая и странная история про старую крольчиху, которая пытается испечь торт, а в итоге улетает в таинственное космическое пространство (видимо, означающее посмертный туннель, ведущий ее к покойному мужу). Фильм получил премию «Оскар» и стал вторым после «Пиксаровской» «Игры Джери» коротким фильмом, обозначившим поистине безграничные возможности CGI (здесь и впоследствии, вслед за общепризнанной англоязычной практикой, для обозначения трехмерной компьютерной анимации я буду употреблять термин Computer Generated Imagery для того, чтобы отличать ее от 3D, то есть стереоскопической проекции).

Вскоре за этим маленьким успехом последовал и большой, когда в 2002-м году на экраны вышел «Ледниковый период». Фильм был сделан всего за полтора года (для сравнения: Pixar тратит на свое кино не меньше 4-х лет), с командой в 170 человек (это очень скромно для компьютерного полного метра, требующего сегодня несколько сотен специалистов), и за 59 миллионов долларов (сегодня компьютерные фильмы американских мэйджоров обходятся примерно в полторы сотни миллионов). Окупилась работа с лихвой: международный бокс-офис первого «Ледникового периода» составил 383 миллиона долларов.

Такую победу невозможно объяснить сценарием: он тянет разве что на хоум-видео, и Крис Уэдж сам признается в интервью, что история была для них не слишком важна. Приключения трех зверей, которые пытаются найти человеческое племя, чтобы отдать ему осиротевшего детеныша, можно было придумать куда более интересными. Но Уэдж и команда делали ставку не на сюжет, а на концепцию и визуальность, а если точнее, на их сочетание.

Тут нужно сделать небольшое отступление: технически компьютерная анимация развивалась постепенно, с чем напрямую связаны сюжеты. Так на заре компьютерного кино, когда оно еще отличалось неуклюжестью и бедностью фактур, умные аниматоры (как то Джон Лассетер) предпочитали изображать что-нибудь неживое и пластиковое, например, игрушки. Потом пришли насекомые, которых тоже было не слишком сложно визуализировать (забавно, что фильмы Pixar и DreamWorks про насекомых вышли буквально в один год – "Приключения Флика" и "Муравей Антц"). Ну, а с началом XXI века настала очередь животных и прочих сложных созданий. Хотя Blue Sky вступил в игру позже двух своих славных коллег, он, что интересно, сразу вышел на передовую (одновременно с мохнатыми доисторическими зверями появилась «Корпорация монстров», где Pixar впервые попробовал работать с мехом).

То есть с одной стороны, Blue Sky со своим «Ледниковым периодом» сделал новый шаг в компьютерной анимации – и представители студии рассказывали потом, какой это был вызов и риск: первыми попробовать создать полноценных четвероногих с волосяным покровом. С другой стороны, для этого «технического вызова» имелась хорошая оболочка – доисторический мир, который, конечно же, пленял воображение многих кинематографистов и зрителей, но в докомпьютерную эру не мог быть изображен по-настоящему детально и реалистично. Предложенная Уэджем фауна – со всеми птеродактилями, мамонтами, саблезубыми тиграми и глиптодонами – оказался великолепной находкой для зарождающегося компьютерного кино, предлагая смесь историзма и фантастики, биологии и сказки.

Особое обаяние добавлял проекту вставной сюжет, связанный с саблезубой белкой-мальчиком по имени Скрэт (кстати, его озвучивал сам Уэдж). Скрэт, вечно пытающийся ухватить вожделенный желудь на фоне разрушающегося мира, не только является сквозным героем всей серии. Его приключениям посвящены три короткометражки ("Gone Nutty", "No Time For Nuts" и новый "Scrat’s Continental Crack-up"), которые независимо от полных метров рассекают Интернет-пространство и номинируются на премию «Оскар». Упрямый Скрэт не только блестяще сыграл свою роль в фильме, но и способствовал его продвижению на зарубежном рынке – так, например, в России публика сначала познакомилась с отчаянным бельчонком, набиравшим просмотры в Интернете, и только потом увидела сам «Ледниковый период», на который шла уже с заведомым энтузиазмом.

Как начинался «Ледниковый период». Изображение № 1.

Одним словом, опыт первого «Ледникового периода» был удачен почти во всем, кроме самой истории. Понимая это, ради последующего успеха фильма Уэдж отдал делать продолжение «Ледникового периода» Карлосу Салдане, который на первом эпизоде был всего лишь его соавтором. Салдана оказался режиссером более тонким, поэтому во второй серии «Ice Age» уже обогатился психологическими нюансами и парадоксальным юмором. В «Глобальном потеплении» (2006) все та же компания зверей – мамонт Мэнни, саблезубый тигр Диего и большой ленивец Сид убегают от всемирного потопа, начинающегося в результате таяния ледников (в фильме, кстати, есть импровизированный звериный ноев ковчег). Однако главная интрига строится вокруг взаимоотношений Мэнни с девочкой-мамонтом Элли. Еще в начале второго эпизода Мэнни уверен, что он последний мамонт на земле, поэтому несказанно рад встретить очаровательную самочку. Увы, подружка оказывается с приветом: она тусуется с двумя опоссумами и считает себя их сестрой.

«Глобальное потепление» проходило под знаком «воды и меха». С одной стороны, студия усовершенствовала свои навыки в производстве звериных шкур. Цифры впечатляют: например, шкурка Скрэта насчитывает 2 млн. волосков. А рекордсменом в этом смысле стала одна из птиц, для оперения которой понадобилось 10 млн. волосков – и ведь каждый нужно не только нарисовать, но и привести в движение, согласное с общим движением персонажа. Разумеется, аниматоры студии делали это не вручную, а при помощи специальной программы, которая составила специальную славу Blue Sky в техническом мире. Как и еще одно софт-чудо, сделанное для изображения воды. Брызги, потоки воды в ледяном аква-парке, и огромные водные массивы – все это было сделано при помощи совершенно новых для компьютерной анимации того времени спецэффектов (всего их насчитывается в фильме более тысячи). И, заметьте, опять же за скромный бюджет в 80 млн. долларов и еще более скромный срок – 8 месяцев.

Продолжение статьи читайте на http://kino-teatr.ru/blog/y2012/7-9/269/

Маша Терещенко для www.kino-teatr.ru

Рассказать друзьям
5 комментариевпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.