Views Comments Previous Next Search

Игорь Удачин: Я влюбил в тебя целый свет, не открыв имени

11116
НаписалОльга Таир литератор13 декабря 2011
11116

Игорь Удачин: Я влюбил в тебя целый свет, не открыв имени. Изображение № 1.

Роман Игоря Удачина «Встретимся в Эмпиреях» привлек внимание критиков и читателей сразу после издания в 2009 году. «Встретимся в Эмпиреях» - номинант Российской литературной премии 2010 «Национальный бестселлер».

Литераторы и читатели воспринимают Игоря Удачина, как романтика 21 века.
Удачин верит в дружбу и верность, этому писателю нужна свобода, а не её видимость, которую так часто современному человеку навязывают извне. У читателя есть возможность познакомиться с книгами писателя благополучного с первых лет его писательской жизни, умного и искреннего.

Игорь, в какой мере история вашего дебютного романа «Встретимся в Эмпиреях» совпадает с реальными событиями вашей жизни?

Если вы позволите, я начну отвечать на ваш вопрос издалека. Вы любите кинематограф? Так вот, сейчас в кино довольно популярен прием «дрожащей камеры». То, что мы видим на экране, выглядит как съемка с помощью ручной видеокамеры одним из героев фильма. Именно так достигается эффект сверхреализма. Мы верим всему, что нам показывают, потому что любительская камера в руках непосредственного участника тех или иных будоражащих событий как бы по определению не может врать… Роман «Встретимся в Эмпиреях» вольно или подневольно получился сверхреалистичным, хотя у меня, как у автора, и мысли не закрадывалось кого-то, скажем так, убеждать. Напротив, роман насыщен множеством фантасмагорических оттенков, призванных время от времени одергивать, в каком-то смысле отрезвлять читателя, напоминать ему, что это фантазия, игра… а не документальная повесть. И все-таки вы правы уже в самой постановке своего вопроса – получилось так, что автобиографический лейтмотив взял верх над футуристической составляющей в романе.

В романе много описаний подлинных событий?

В книге «Встретимся в Эмпиреях» вымысел и реальность так тесно переплелись между собой (можно сказать, «с мясом» вросли друг в дружку), что мне самому порой становится как-то и восторженно, и жутко… Пожалуй, самая приближенная к реальным жизненным событиям глава в книге – глава 3, «Она». Будем надеяться, моей супруге не попадется на глаза текст этой беседы, иначе разбор полетов неминуем. В главе «Она» – история моей первой любви, в которой было все: и обоготворение, и предательство, и глупое-преглупое воровство, и прощение. История списана из того времени, когда мне было столько же, сколько главному герою романа, семнадцатилетнему Гоголю. Вы не поверите, но порой на меня нет-нет да и нахлынет какое-то наваждение, и я (ну не чудак-человек?) могу начать разыскивать Ее в разногулье социальных сетей, просто чтобы повторить слова главного героя книги: «Я влюбил в тебя целый свет, не открыв даже твоего имени»…

Впечатляющая реализация желания! Итак, в романе рассказано многое о вас, о вашей первой любви, но не всё. Читатель может теряться в догадках и додумывать то, чего ему не хватило по сюжету. А что же другие герои «Встретимся в Эмпиреях»? Они сильны в единстве или индивидуальность вам представляется более важной?

Все герои романа списаны из жизни, у всех есть реальные прототипы. Правда, есть один нюанс: в жизни я дружил с ними «по отдельности». Они или вообще не были знакомы друг с другом, или были знакомы довольно поверхностно (о чем я по сию пору по-человечески сожалею). И только на страницах романа они смогли собраться вместе. Что ж, в итоге сбилась команда – трогательная, энергичная, со своим драйвом и уникальным магнетизмом. Чудо литературы, на мой взгляд, заключается именно в том, что «потенциально» возможное она (литература) делает Возможным. Все, о чем не успела позаботиться наша жизнь, доводят до ума смелые творческие свершения.

Возвращаясь к разговору о героях романа, вспоминаю мнение Д.Якунина , который поначалу меня удивил своим высказыванием. Если позволите, процитирую: «Для меня роман «Встретимся в Эмпиреях» оказался историей философской и психологической. Об… одном герое! О его пяти ипостасях, пяти личностях (эпизодический герой Абориген - включительно), их проявлениях и целях, о том, как исчезает детство, как отсеиваются ложные, хотя и романтически прекрасные или рискованные роли, а остается истинная часть души, и именно она становится смыслом, характером, натурой...» Позже я проникся смыслом сказанного. И согласился. Ведь, несмотря на существование реальных прототипов, в каждого героя романа я привносил что-то свое. Даже в семнадцатилетней курсантке Виктории есть частичка моей души. А душа, как подсказывает высшее наитие, беспола. Выбирать между единством и индивидуальностью, строго говоря, невозможно. Простите за патетику, но для меня наиболее ценна та живая связь, которая, поддерживая искры индивидуальности, являет нам лучшие примеры единства.

Помог  вам первый роман улучшить каким-то образом ситуацию в вашей личной истории? Что яркого и прекрасного произошло в вашей жизни после издания первой книги?

После издания я, наконец, раскрепостился и в должной мере организовался. Жизнь начала складываться более поступательно, логично и позитивно. Все, что мешало и тянуло назад, отсеивалось. Раньше я стеснялся своего писательского увлечения, старался не допускать огласки. В самом деле, комплексовал я − что это за «писатель» такой, пишущий для себя?..

Самое первое яркое событие: уже месяца через полтора после издания – интервью в «Литературной России» на целую полосу с подзаголовком «Писатель номера» (вопросы задавала замечательный писатель и публицист Лидия Сычёва). Затем роман «Встретимся в Эмпиреях» попадает в число номинантов российской литературной премии «Национальный бестселлер». Дальше – женитьба (избранницу зовут Наталья, свадьбу мы сыграли ровно через 1,5 года со дня знакомства), интересная работа, общение с замечательными людьми, писателями и актерами. Еще спустя время роман «Встретимся в Эмпиреях» – в номинации «Большая проза» (II-ой Славянский литературный форум "Золотой витязь")… Книгу и сейчас можно купить здесь:

http://www.politkniga.ru/index.php?productID=2546

Ставите  вы перед собой цели писать ярче, убедительней? 

Безусловно, ставлю. Творческая жизнь – штука хрупкая и без развития теряет всякий смысл. По поводу «яркости» и «убедительности»… Это, конечно, важные аспекты литературного процесса, но все-таки здесь мы в большей мере касаемся уже технической стороны вопроса. Вот, скажем, у воина целью является побеждать противника. Все острее и острее затачивать меч перед каждым новым боем – как-то не совсем тянет на цель, хотя и является немаловажной составляющей успеха. Цель писателя – подчинить материал, вылить из разрозненной информации законченную форму, со своей концепцией, с крепким внутренним смыслом. Сделать это можно, имея на вооружении язык чуть беднее или чуть богаче. Но как минимум нужно отдавать себе отчет, на что замахиваешься. Можно было бы перечислить целый ряд сложных, загадочных, животрепещущих тем, к которым я хотел бы обратиться в своем творчестве, например, о растущих патологиях ХХI века, или об опасности манипуляции общественным сознанием, однако чувствую, что еще не готов к этому в силу недостатка жизненного опыта.

Есть  у вас редактор, которому вы полностью доверяете?

Нет. В деле написания книги я и швец, и жнец, и на дуде игрец, начиная с замысла и заканчивая последней редактурой. Если только не считать моими редакторами самых близких друзей и членов семьи, которым я обязательно даю читать рукопись на завершающей стадии, и по желанию они могут проставить птички на полях в тех местах, которые покажутся им сомнительными. Был, конечно, опыт работы с профессиональным корректором, но результат этой работы настолько меня обескуражил, что даже не хочется вспоминать. Было впечатление, что теперь на филфаках готовят «эффективных менеджеров», а чувствовать язык совершенно не обучают (если этому вообще можно научить). Будем надеяться, я столкнулся с частным случаем, а не с какой-то новоявленной закономерностью. Но с тех пор стараюсь рассчитывать на свою голову, а не на чужую. А плюс ко всему есть одно сверхнадежное средство – дать хорошенько «вылежаться» написанной вещи, не торопиться с ее изданием. Все огрехи сами мало-помалу проявят себя, и наступит желанная гармония.

Кстати, в тот период, когда я работал над своим первым романом, я не позволял себе читать книги, чтобы не подхватить вирус чужого влияния. Я формировал свой стиль, свой язык, чтобы впоследствии он стал узнаваемым. В итоге роман, изданный впоследствии московским издательством «Маска», был замечен, получил хорошую критику. Шлифовка языка продолжилась в работе над вторым изданным романом (наконец стало «не опасно» читать других авторов). Сейчас я работаю параллельно над третьим романом «Целлофановые сердца», над четвертым «Псы мёртвого города», и можно с полной уверенностью констатировать: свой особый стиль я сгенерировал. Пожалуй, даже если захочу, я уже не смогу пойти по пути «разнорабочего» от литературы.

Появились  первые предложения от кинокомпаний? 

Думаю, увидеть интерпретацию своего произведения режиссером – грандиозный опыт для любого писателя. Вообще, мне не раз приходилось слышать мнения, что мои романы кинематографичны. В частности, даже пресс-секретарь Союза кинематографистов России Дмитрий Якунин в отзыве о моей книге высказался следующим образом: «Было бы любопытно увидеть экранизацию этого романа. Молодежь, как в нашей стране, так и во всем мире – наиболее активный кинопотребитель. Однако, как ни странно, картин именно для молодежи и о проблемах молодежи снимается мало. Кинопостановка «Встретимся в Эмпиреях» в жанре «молодежное кино», при условии правильно выбранного подхода к подаче материала, могла бы быть на уровне
«Заводного апельсина» или «Курьера».

Как видите, отзыв лестный. А если взять другой мой роман – «Ковчег»? Можете себе представить, сколько эмоций подарила бы зрителю его экранизация? Кто читал «Ковчег», тот поймет, о чем я говорю.

Планируете   создание компьютерной игры по вашему первому роману?

Честно сказать, мне сложно представить, как бы это могло выглядеть. «Встретимся в Эмпиреях» – сетевая игра для четверых геймеров: кто первый осуществит свою мечту?..
Сдается мне, компьютерная игра просто не сможет переварить всего психологизма романа. Если же пойти коротким путем и произвести ампутацию этого самого психологизма – то кроме имен героев и сумбурного набора каких-то особо характерных сюжетных вершков в игре от произведения ничего не останется. Идея экранизации, о чем мы только что говорили, все-таки ближе сердцу… Может, это оттого, что я обожаю кино, а в игры играть некогда?

 

Игорь Удачин: Я влюбил в тебя целый свет, не открыв имени. Изображение № 2.

 
Да, скорей всего. Согласны ли вы с утверждением, что изданная книга − лучшая визитка человека? Если да, то как вы используете «Встретимся в Эмпиреях»?

Согласен на все сто. В моем случае – это в буквальном смысле визитка, поскольку на последней странице книги указан мой личный e-mail, по которому можно обратиться с отзывом или каким-то творческим предложением.

Игорь, ваши романы «Встретимся в Эмпиреях» и «Ковчег» понравились критикам, привлекли к вам внимание читателей. Какие романы вы сейчас готовите к изданию?

Каждое новое поколение со времен Ремарка и Хемингуэя принято считать все более сумасшедшим и вновь потерянным. Так это или нет? Нужно разбираться, анализировать. По этой причине у поколения должны быть биографы от плоти и крови своей. Сейчас я готовлю к изданию большой роман в трех частях «Целлофановые сердца», который как раз таки явит собой попытку подобного анализа в увлекательной художественной форме. Герои новой книги – молодые люди, москвичи и провинциалы, фаза становления их как личностей приходится на вторую половину 90-х – начало 2000-х годов. Что это за период в России? Это шок и трагедия двух чеченских военных кампаний, расцвет криминала, бурное развитие Интернета, много всего. Кстати, по поводу Интернета… Одна из частей романа будет своего рода русским ответом на «Одиночество в Сети» Януша Леона Вишневского. Вот такая интригующая задумка.

Рабочее название другого романа – «Псы мёртвого города». По жанру – фантастика, приключения. Главный герой в поисках противоядия от своего страшного недуга оказывается в параллельном измерении, где как с корабля на бал попадает в самую гущу событий, разворачивающихся между несколькими воюющими кланами, ищущими себе лучшей доли в непригодном для нормальной человеческой жизни городе. Казалось бы, сюжет в той или иной мере известный. Но хотелось бы попросить не торопиться с выводами, просто раньше времени не могу раскрыть все карты!

 

Игорь Удачин: Я влюбил в тебя целый свет, не открыв имени. Изображение № 3.

 

Источник : журнал Ольги Таир http://capprice.livejournal.com

Рассказать друзьям
1 комментарийпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.