ПРЯМАЯ РЕЧЬ: ВАРДУИ НАЗАРЯН

О Вардуи Назарян известно очень немного, что очень правильно - за дизайнера первым делом должны говорить его коллекции, в случае Вардуи - очень цельные и броские коллекции. Между тем о самой Назарян можно отыскать только очень скупые сведения. Как молодому дизайнеру, не придумавшему и пяти коллекций, удается создавать такие сложные своей простотой, насыщенные стилистическими полутонами вещи? Интернет-публикации (как, правило, всевозможные вариации материала в прошлогоднем Vogue) ничего не объясняют; печатная пресса тем временем только расхваливает уже узнаваемые архитектурно решенные жакеты и платья. Мы - первые, кому Вардуи все рассказала сама.

 Вардуи Назарян: "Все произошло случайно, хотя ничего случайного не бывает. Я работала в ЦУМе, оформляла витрины, занималась визуальным мерчендайзингом, участвовала в конкурсе "Русский Силуэт", и в мае 2007, во время защиты диплома, мне позвонили от Татьяны Михалковой и предложили представлять Россию в Каннах на Днях русской культуры во Франции. На тот момент у меня было готово буквально 5 луков и практически за месяц мне пришлось увеличить коллекцию до 20 выходов.

В то же время мне звонит из ЦУМа знакомая, и говорит, что ее приятельница Аня приглашена на открытие Ritz-Carlton и что ей нужна одежда. Тогда у меня не было ни шоу-рума, ни ателье. Я вытащила с балкона вещи, но ей ничего не подошло. Она спросила: "Ты понимаешь, что у тебя лежат в чемоданах деньги?" Абсолютно случайно на одной вечеринке она показала своему знакомому фотографии с каннского показа. Он сказал, что девочки да, красивые, а в платьях он ничего не понимает и предложил показать фотографии своей жене, Оле Дуниной (редактору моды русского Vogue). Оля показала фото Алене Долецкой и на следующий день я отвезла коллекцию в Vogue и Саймон Роббинс, директор отдела моды, и спросил: "Какой номер у нас свободный? Апрельский? Пишем про Вардуи". И так в февральском номере появилась самая первая фешн-съемка с белой блузой из органзы с огромным крестом спереди.

Та самая Аня и друзья помогли с показом в Ritz, после чего вышли невероятные статьи про богатого папу. Но на самом деле мне бесконечно везет, потому что у меня есть друзья, которые вплоть до сегодняшнего дня помогают очень сильно. Абсолютно кардинально все изменилось в моем в моем сознании, когда я познакомилась с Андреем Артемовым. Он очень повлиял на меня. Андрей собрал вкруг меня чудесную команду и к моему счастью они все согласились работать, несмотря на какие-то сложности. Это Вадик Мармеладов, Дима Устинов, который пишет музыку к показам. Он никогда не дает мне слушать ее, и, несмотря на все мои уговоры, я всегда впервые слышу саундтрек  уже на шоу. В музыке он отражает мое понимание одежды. Я очень благодарна Диме, потому что настроение на показах создает больше он, чем одежда.

В московских неделях моды я не участвую, потому что там больше внимания привлекают персоны дизайнеров, чем их одежда, а я не люблю внимание к себе. Плюс, так или иначе ты платишь им деньги, но они не обеспечат тебе первый ряд ни теми журналистами, которые тебе нужны, ни теми баерами, которые даже на этом этапе готовы работать с тобой как с дизайнером. А шумиха вокруг мне не нужна. Кроме творческой стороны я очень сильно задумываюсь о финансовой: бизнес должен приносить деньги. Распределяя бюджет, ты понимаешь, что ты платишь деньги на помещение, на продакшн, а платить неделе, которая даже не обеспечит тебя хорошим светом... У меня есть хорошие друзья, и иногда даже площадки мне бесплатно достаются, как то было в последний раз, когда мне помогла Маша Байбакова.

Я очень четко понимаю, что на первой линии хороших денег не заработаешь, нужны несколько разных линий: вторая линия, третья, молодежная, аксессуары. Моя самая большая мечта  - сделать линию постельного белья. Эта ниша абсолютно пуста. Есть либо очень дорогое белье, либо очень дешевое, нет середины, которое по качеству было бы как дорогое. Говорить сейчас открыто о четко очерченных планах на будущий год я не могу, учитывая сегодняшнюю нестабильную ситуацию в мире. Я не хочу говорить о том, чего вдруг не случится.

Новый русский стиль, который сейчас формируется, должен быть таким, чтобы ни у кого не ассоциироваться с прошлогодней прадой, с десятилетней давности диором или еще кем-то. Очень важно создать такое, чтобы ни с чем не ассоциироваться. Мне кажется, России очень важно работать с тканями. Сейчас такое время, что что-то новое может быть связано либо с технологиями, либо с тканями. Поэтому это могут быть, например, принты по мотивам русских сказок...

У меня есть источники вдохновения, которых нет ни у кого. Это многим неизвестная, уникальная история. Хотя у Hermes мужскую линию делает Вероника Нерсисян, и очень большая коллекция была посвящена армянской теме. Но у меня своя тема, связанная с армянской архитектурой. Самое тяжелое, с чем приходиться сталкиваться, это финансы. Если есть финансы, любые технические моменты решаются. Следующая большая проблема после финансов - отсутствие больших фабрик, чтобы шить заказы, нехватка хороших конструторов.

Все дизайнеры, которые сейчас работают, и все, которые появятся в течение этого десятилетия, большие счастливчики. У нас есть возможность создать ту индустрию, о которой мы все мечтаем. Мы совершаем своего рода революцию.

Я не понимаю, почему обычная майка должна стоить 22 тысячи рублей, если ее себестоимость 1 доллар. Сейчас очень много всего в мире изменится, люди перестанут зарабатывать деньги на водухе, как это делается сегодня, особенно в России. В коллекции только несколько единиц  должны быть очень дорогими, а остальное должно быть носибельным и более доступным.

Я не сижу и не изучаю модные сайты или журналы. У меня есть Андрей Артемов, который вносит в коллекцию свои коррективы, делая ее более современной. Мне абсолютно все равно, какие теденции - я создаю свою историю, свою моду. У меня настолько случайно все началось, что было бы глупо сидеть и думать, как сделать коллекцию так, чтобы она совпала с тенденциями. Всем российским дизайнерам прежде всего надо забыть о том, что делает Париж и делать все то, что они хотят.

Сейчас я больше думаю о том, как заключить договор с одним очень известным магзином или как сделать заказ вовремя, как завтра клиентке платье вовремя сдать, а не о том, с кем бы мне хотелось быть сравниваемой. Хотите - сравнивайте меня с Миуччей Прадой, ради бога, но я не Миучча, а она не Вардуи.

Для меня очень важно, чтобы одежда продавалась, приносила деньги. После этого ты воодушевляешься, начинаешь думать о будущей коллекции, потому что если коллекция сейчас не продается, думать о следующей коллекции просто нет смысла. Сейчас такой этап, когда можно все перевернуть и заставить состоятельных покупательниц летать не в Милан на шопинг, а покупать здесь, пусть даже и не в больших торговых центрах, и не в бутиках, а в шоу-румах дизайнеров.

Люди должны попытаться перестать осуждать других и начать делать что-то самим. Вы думаете, я после показа услышала мало критики? Ее было более чем достаточно. Но в основном критиковали люди, которые ничего не делают, вообще ничего. Нужно меньше осуждать и больше делать.

фото a_kalabin