Прямая речь: Родион Мамонтов (Leform)

Look At Me встретился с основателем первого в России концепт-стора.

Благодаря Родиону Мамонтову москвичи тринадцать лет назад узнали о существовании Comme des Garсons и Dries Van Noten. В июне этого года Родиона пригласили в жюри конкурса Who is on next, который проходит во Флоренции в рамках выставки Pitti Uomo. Родион рассказал Look At Me о том, нужна ли поддержка российским дизайнерам, оценивает ли он людей по одежде и почему масс-маркет — это хорошо. 

Вас пригласили в жюри конкурса Who is on next на выставке Pitti Uomo во Флоренции. Какие впечатления?

На своей же выставке организаторы нашли молодые многообещающие имена. Взяли восемь дизайнеров для конкурса — шесть итальянцев, одного японца и одного француза — и предложили жюри выбирать победителей в двух номинациях: готовая одежда и аксессуары. В жюри были в основном журналисты и закупщики из разных стран. То, чем занимается Pitti в рамках конкурса, не оформлено до конца. Крылышки они еще не развернули. Но Pitti дает финалистам возможность поучаствовать в следующей выставке, не вкладывая в это никаких средств. Более того, они сами помогут им оформить стенды и выделить их из общего числа участников. Конечно, это большая поддержка молодым, начинающим талантам. Нужны ли такие конкурсы русским дизайнерам? Конечно, нужны. Это то, что помогает встать на трудовой путь серьезных достижений.

Между русскими дизайнерами и байерами наших магазинов существует вечный конфликт: все дизайнеры как один жалуются, что байеры московских и питерских магазинов их не замечают. Последние же в свою очередь сетуют на то, что русские дизайнеры не любят выполнять свои обязательства. Вы к этому конфликту как относитесь?

Я за все хорошее и против всего плохого. Если серьезно, то это непростой вопрос, на него нельзя однозначно ответить. Например, в Италии такой проблемы нет. Это страна, где шьют и производят давным давно, там совершенно другой рынок, другие возможности. Там все идут по хорошо протоптанной, укатанной дорожке. А здесь — русское бездорожье.

Тот же начинающий итальянский дизайнер обладает такими ресурсами, какие русским молодым дизайнерам и не снились. А у нас для того, чтобы хотя бы материал прибрести, с которым не стыдно работать, нужно приложить просто массу усилий. Опять же байеры в России тоже молоды и зелены. Когда-нибудь этот конфликт сойдет на нет, но для этого нужно много потрудиться не только дизайнерам и закупщикам, но и всем остальным, в частности, нашему государству. Силиконовая долина — прекрасно. Пусть будет еще одна, где можно будет производить качественную одежду и ткани и наладить производство. 

А бывает, что к вам приходят русские дизайнеры и говорят: «Я талантливый и трудолюбивый, возьмите мои вещи в магазин»?

Если хорошие, берем. Мы не смотрим, бельгиец он, француз или русский. В этом отношении моя позиция как человека, который влияет на стиль Leform, проста — не география важна, а сама вещь. Особого внимания русским дизайнерам мы, конечно, не уделяем. Какой смысл? Мы не из этой области. Мы не сможем настолько поддержать русскую моду, чтобы всем было хорошо. Это не спонсорство. А брать то, что не будет оценено, то, что не понравится нашим клиентам, — какой смысл?

Многие отмечают, что люди в Москве стали одеваться лучше. Вы не согласны?

Я такой тенденции не замечаю. Определенная часть людей явно хуже. Это все индивидуально. У каждого свое мнение: кто-то считает, что лучше — это не так, как вчера. Другой скажет, что лучше — то, что соответствует еще каким-то критериям.  Общие положения — необъективная оценка. Бывает же, что вам нравится, как одет тот или иной человек, а мне нет. И что же, он стал лучше одеваться или хуже? С кем сравнивать? С ним со вчерашним? Должен быть какой-то ориентир в данном случае. Нужно от чего-то отталкиваться.

У вас есть какое-то представление об идеальном клиенте?

Наш идеальный клиент — тот, которому понравились вещи в магазине и который способен приобрести это. Нравится — берет, нет — без проблем. Относиться к покупателям с точки зрения идеального клиента не совсем верная позиция, я считаю. 

В девяностых в Москве о марке Ann Demeulemeester знали несколько человек. Cейчас ее платья покупают чуть ли не для выпускного. Популяризация таких марок — это хорошо или плохо?

Когда мы продавали Ann Demeulemeester 10 лет назад, мамы покупали у нас ее платья дочкам на выпускной. Ну и что? Если кто-то может позволить себе, если кому-то нравится — почему нет. Хорошо это или плохо? Лично я бы не хотел, чтобы все вокруг были одеты в Ann Demeulemeester. Её одежда бывает часто излишне романтичная... грустная. А если бы все люди ходили только в Rick Owens — еще бы месячишко, и все бы вообще рехнулись. Хотя мне Рик Оуэнс нравится.

А вы были в других концепт-сторах в Москве?

Заходил, мне рассказали, что открылся «Кузнецкий Мост 20». Понял, что я не буду его клиентом.

Проще стало вести бизнес с открытия первого магазина?

Конечно, проще. Есть опыт, да и ситуация в стране уже другая.

А поводу масс-маркета что думаете? Topshop, Zara, Uniqlo?

Слава богу, что они есть. Не говорю, что они нужны лично мне, чтобы создать гардероб, но раз они успешны — это отвечает само за себя. Не у всех людей есть возможность покупать дорогую одежду, а благодаря этим магазинам люди могут выглядеть приятно и красиво. 

Вам не кажется странным, что люди до сих пор ходят на рынки, даже если одежда там стоит дороже «Зары»?

Мне кажется, что это вполне закономерно. Люди так воспитаны. Требовать от них чего-то другого не имеет смысла. Кто-то психологически испытывает проблемы, находясь в магазине, кто-то никогда не задумывался над тем, чтобы пойти в торговый центр. 

Существуют очень разные категории людей. Кто-то чувствует прекрасное в вещах, кто-то в картинах, кто-то и там, и там. Кто-то в большей степени, кто-то в меньшей. Поэтому я вообще без осуждения отношусь к людям, которые, на мой взгляд, одеты странно. Мы не влияем на массы так, как могут влиять на массы Gap и Benetton. А они влияют. Они способны оказать воздействие. Так что новое поколение уменьшает количество рынков. Хотя рынки, наверное, тоже останутся - кто знает?

Вы давно работаете с одеждой. Вам так или иначе приходится сталкиваться с оценкой того, как человек одет?

Я могу иденцифицировать человека по одежде, но не могу таким образом составить о нем суждение. Два одинаково одетых человека могут быть совершенно разными — мотивация, почему они оба так оделись, совершенно разная. Для меня одежда на человеке не принципиальна - в смысле, как он одет, лишь бы был одет.

Что вы думаете о моде и новых технологиях? У Leform есть и Livejournal, и Facebook. Как интернет влияет на то, как люди одеваются? В лучшую или худшую сторону?

Это вопрос информации. Как вы думаете, водопровод влияет на то, чтобы людям воду поставлять? А теперь представьте, если в водопровод пойдут сточные воды . Будет влиять в лучшую или худшую сторону? То же самое. Интернет - просто проводник. Способ передачи информации, а значит он влияет на развитие вкуса во всех направлениях.

Когда вы открывали первый магазин, вы ориентировались на западные концепт-сторы?

Я с самого основания пытался найти за границей что-то, что мне бы понравилось. Но у меня никогда не было идеи скопировать что-то — нужно искать что-то свое, уникальное. Париж — это Париж. Москва — это Москва. Воздух другой, люди другие, потребности, климат, традиции. Даже Москву и Питер в этом плане невозможно сравнить. Я пытался сделать собирательный образ, но все равно получилось в итоге даже не то, что я задумал. Получилось то, что получилось.