Ночь на Земле

Современный Боккаччо или же Чосер из США (кстати, ещё по поводу предшествующей ленты «Таинственный поезд» режиссёр Джим Джармуш заявлял, что хотел представить «миниатюрную версию «Кентерберийских рассказов»), сам родом из северо-восточного штата Огайо, но связанный с нью-йоркской «новейшей волной», может немало позабавить зрителей «Ночи на Земле» смешными «таксистскими историями», вернее, побасенками и житейскими анекдотами. Они рассказываются в одну из ночей, в путешествии почти по всей территории Земли — от Лос-Анджелеса до Хельсинки, минуя Нью-Йорк, Париж и Рим.

============================================================================

Друзья, приглашаю Вас, 10 февраля в 19.30  в клуб Апшу, посмотреть фильм Ночь на Земле, Джима Джармуша.

Вход  свободный.

==========================================================================

Джармушевский «пентамерон» (или же — пенталогия, тем более что «Ночь на Земле» является его пятым по счёту полнометражным фильмом) способен вызвать гомерический хохот, особенно благодаря нью-йоркской и римской новеллам с рискованно включённым юмором почти скабрёзного, фекалистски-скатологического плана. Хотя парижский и, прежде всего, хельсинкский рассказ постепенно избавляются от внешне комичной, иронически-абсурдной интонации, приобретая трагикомическое, даже мрачноватое звучание.

Чередование не очень весёлых и явно аттракционных эпизодов по принципу чёта-нечета (правда, все они, начавшись с забавной ситуации, заканчиваются не на столь уж располагающей к веселью ноте) следовало бы уподобить смене чёрного и белого, тьмы и света, ночи и дня. Однако в своей лишь третьей цветной картине Джим Джармуш совершает странствие вопреки ходу часовой стрелки — не столько от заката до восхода, сколько «вниз по ночи» (если перефразировать название, может быть, его лучшей ленты «Вниз по закону»), и из южного калифорнийского вечера — в северное хельсинкское утро с морозцем и снегом, из якобы Эдема — в холодный Аид (если перемешать библейско-мифологические мотивы).

Вроде бы простой, доходчивый, несколько развлекательный и более коммерческий, чем остальные, этот фильм Джармуша даже может чуть разочаровать преданных поклонников новаторских, усложнённых по стилистике и жанру предыдущих работ американского мастера независимого кино. Но, на самом-то деле, скрывает в бесхитростной структуре сборника занимательных присказок типичную для мироощущения постановщика горьковатую истину о «чужеродности рая» (если использовать название первой прославившей его картины).

Не случайно, что поездка прочь из Нового Света, который кому-то виделся милтоновским «потерянным раем», а по сути — стал Адом для тех, кто разуверился в «американской мечте», начинается именно из Лос-Анджелеса, так сказать, последнего оплота призрачных надежд. Но юная таксистка, «крутая оторва», абсолютно не строит иллюзий относительно звёздной карьеры в Голливуде (хохма заключается в том, что её играет Уинона Райдер, одна из лучших американских актрис молодого поколения), предпочитая надёжную работу и независимость во всём. Она сторонится навязываемого рая, выбирая, как и прежние герои Джима Джармуша, своеобразную «внутреннюю эмиграцию».

А восточный немец предпенсионного возраста, сбежавший в Нью-Йорк, становится словно «двойным эмигрантом», попадая по милости заводного и словоохотливого чернокожего пассажира в «джунгли Бруклина», откуда вряд ли сможет сам выбраться. И наряду с ироническим парафразом фильмов Спайка Ли и других афроамериканских режиссёров из Нью-Йорка тут также пародийно переосмыслен типичный мотив «яппи в опасности», милый сердцу многих американских кинематографистов.

Более слеп, чем слепая француженка (в безобразной особе с перекошенным ртом трудно узнать красивую и эротичную Беатрис Даль!), африканец-таксист, который приехал в Париж из Кот Д’Ивуара. И оказывается невольным виновником смерти священника и беглецом в своём родном городе римский лихач и невоздержанный «чудозвон» (блистателен в этой роли итальянский комик Роберто Бениньи, ранее снимавшийся у Джармуша дважды). Наконец, подлинно трагична судьба водителя из Хельсинки, которая смогла разжалобить и выбить хмель из загулявших финских работяг, добирающихся под утро домой.

Ад и рай, на самом-то деле, таятся внутри каждого человека — и окружающий мир представляется проекцией той или иной сущности сегодняшних Одиссеев в ночных такси. Тема путешествия изгнанников и отверженных, «вечных эмигрантов» у себя на родине, а тем более — на чужбине, питавшая творчество Джима Джармуша ещё в прежние годы, получает в данной ленте как бы вселенский масштаб. Уже начальные кадры с крутящимся земным шаром и верный тон закадровой песни альтернативного рок-музыканта Тома Уэйтса (он играл одну из трёх главных ролей в картине «Вниз по закону») намекают на то, что все мы — лишь странники на этой планете, и сама она — одинокая путница посреди холодного космоса.

А таксисты, как профессиональные путешественники, знающие дневную и ночную, фасадную и оборотную стороны действительности, в данном случае выступают в качестве авторских посланников в столь неоднозначный мир, где всё смешалось и перепуталось. Они прокладывают свой бесконечный маршрут по магистралям и задворкам, находясь в постоянном движении сквозь пелену ирреального, реального и «квазинеореалистического» (по определению самого Джармуша). Такси, Земля, ночь — это адрес Нового Ковчега, где беглец из рая находит пристанище от всемирного потопа.