Интервью с режиссером «Химеры»

Режиссер Винченцо Натали, рассказывает о генетиках, сексуальности, Франкенштейне, конце света и «Нейроманте».

Винченцо Натали начал свою карьеру как аниматор и работал в качестве оформителя раскадровки нескольких мультипликационных сериалов на ТВ. Прорыв Натали в большое кино состоялся в 1997 году с фильмом «Куб», который приобрел невероятную популярность в Японии и Франции. Далее последовали фантастический «Кодер» и экспериментальная «Пустота». А в 2005 году он уже в ранге признанного режиссера снимал короткометражку в альманахе «Париж, я люблю тебя». Спустя пять лет на экраны вышла его новая работа «Химера», фантастический триллер о далеко идущих последствиях генной инженерии. 

Этот фильм в большой мере посвящен работе генетиков и ее последствиям. Вы пытаетесь раскрыть какие-то недостатки работы современной науки в картине?

Я думаю, что совершать ошибки – это неотъемлемая часть человеческой природы. Мы можем увидеть подобные примеры во всех сферах. И в «Химере» я совсем не хотел публично уличать главных героев Клайва и Эльзу в том, что они сделали. Я лично думаю, что такие научные исследования необходимы. И как мои герои, я думаю, что мы имеем право вмешиваться в ДНК – это заложено генетикой. В случае с «Химерой» все пошло не так, только потому, что Клайв и Эльза не были достаточно опытными для того, чтобы столкнуться с этими проблемами. Они прекрасно знали, как работают химические реакции, но так и не смогли понять жизнь в ее истинном свете.

Откуда вы взяли образ Дрен?

Главная задача состояла в том, чтобы сделать ее настоящей, как будто это и не сай-фай фильм. К тому же наши съемки совпали с тем, что в Великобритании ученым разрешили работать над гибридами. Так вот нам не надо было делать ее слишком фантастической. Я хотел, чтобы она выглядела биологически адекватной и реальной. Поэтому главный девиз при создании образа был таков: незначительные изменения в облике человека являются более шокирующими, чем значительные. И еще у меня была отлична команда гримеров, которые сделали ее такой натуральной, и, конечно же, французская актриса Дельфина Шанеак, которая прекрасно сыграла химеру. 

В фильме четко говорится, что без бизнеса не было бы науки. Является ли желание заработать на исследованиях еще одной частью зла, которое и создало Дрен?

При написании сценария Клайв и Эльза представлялись мне инди группой от науки. Цена материалов и оборудования для генетиков не такая уж и запредельная. Многое, что они используют в лаборатории можно найти на любой кухне. Так что это как домашняя кулинария. Но с другой стороны они были включены в структуру большой фармацевтической компании. А у таких компаний в принципе мало моральных ценностей. Они не думают, что плохо, что хорошо, только о прибыли. В данном случае прибыль базируется на том, что они не должны нарушать закон и создавать гибрид человека и животного. Так что Клайв и Эльза делают все сами. А вообще знаете, насколько мне известно, некоторые части человеческого генома уже начинают патентовать, и мне кажется, что в этом есть что-то в корне неправильное и пугающее. 

Сексуальность используется очень агрессивно внутри фильма. Вы хотели показать, что секс – это биологический императив? 

Да,  Дрен хочет размножаться. Именно поэтому в фильме есть секс. Если вы создали химеру, и хотите, чтобы она прожила достаточно долго, рано или поздно вы столкнетесь с этой проблемой. И тогда вам придется нести ответственность и за нее и за себя, как человека. Но больше всего в этой истории меня привлекало то, что влюбиться или переспать с нечеловеком, это очень похоже на древние легенды, которые были с нами с начала времен. А вообще то, что Клайва тянуло к Дрен – для меня это совсем не странно. У меня даже есть несколько версий на этот счет. Например, влечение Клайва – это генетически заложенный механизм желания размножаться с существом, которое стоит выше тебя в эволюционной цепи. 

Герой Эдриана Броуди испытывает соблазн по поводу секса, а героиня Сары Полли?

Прежде всего, Клайв ведет себя как обычный мужчина. А у героини Сары, Эльзы,  разворачивается история дочери и матери, на которую влияет прошлое Эльзы со своей матерью. И в фильме таким образом создается странный любовный треугольник. Эльза начинает завидовать Дрен и подсознательно наказывает ее. Я хотел, чтобы Дрен стала катализатором для отношений между Клайвом и Эльзой, чтобы они вытащили свои скелеты из шкафа. И в этом смысле Дрен – совсем не монстр, она как человек намного более человечнее, чем люди вокруг нее.

История «Химеры» очень похожа на «Франкенштейна» Мэри Шелли в плане того, что человек меняет природу вещей и расплачивается за это, когда мог бы жить в согласии с природой. 

Мне кажется, для человека довольно естественно вести себя неестественно. Надо просто смириться с этим. Нам никогда не стать похожими на других животных и жить в согласии с природой. 

Вы перечитывали «Франкенштейна»?

Да, должен признаться, что я перечитал его в прошлом году, потому что знал, что во всех интервью меня будут о нем спрашивать. И я подумал, что лучше бы подготовиться.

Тему науки против религии вы рассматривали еще в своем фильме «Куб». Как в этом плане «Химера» и «Куб» связаны?

Отличие «Куба» и «Химеры», я надеюсь, состоит в том, что «Химера» это эволюция «Куба». В моем первом фильме герои были заброшены в ситуацию, которую они не понимали, и из-за этого страдали. В «Химере» – ситуация как раз создается героями. Именно они ответственны за то, что происходит в фильме. А вообще, я не думаю о таких вещах,  когда снимаю кино. Но в  принципе все фильмы связаны, потому что в каком-то смысле они все являются реакцией на тот мир, в котором мы живем. У меня всегда одна реакция на мир — мы живем в интересное, пугающее и увлекательное время.

А как вам кажется, мораль может помочь сдержать последствия интеллектуального развития человека?

Мы учимся, совершая ошибки, и некоторые силы, с которыми мы взаимодействуем, например, ядерная энергия, если ошибаться, становятся все опаснее и могут привести к тому, что какую-то ошибку мы пережить не сможем. Вообще в современном мире есть как хорошие, так и не очень вещи. И я не знаю, что в конце концов, мы выберем. Но сейчас мы находимся на самом острие тектонических сдвигов в мире, и возможно мы придем в лучшее будущее, но, естественно, не без болевых ощущений.

Появились новости, что вы будете экранизировать культовую кибер-панк книгу «Нейромант».

Да. Вообще для меня «Нейромант» — это история искупления, и в мире, где уже была «Матрица» ее будет достаточно трудно делать. Хотя сам концепт «матрицы» был заимствован Вачовски именно из этой книги. И сейчас нам придется делать экранизацию в мире, где уже люди смотрели «Матрицу». Поэтому будем удивлять. В отличие от «Матрицы», которая, по сути, находится в мире комиксов, мы будет снимать очень реалистично. Это будет будущее, без гламура и стероидов, как это любят в Голливуде.  И главной темой будет пост-человеческое будущее Земли. Я сейчас вычитываю книгу и общаюсь с Гибсоном, мы не будет кардинально ничего менять, только более прочно кое-что свяжем и конец сделаем более хитрым и ловким.

Фильм «Химера» можно посмотреть в российском прокате с 24 июня 2010 года. 

^{Интервью: Патрик Макдональд hollywoodchicago.com}