Музыкальное чтиво, русская версия

Судя по всему, музыкальной прессы в России вот-вот не станет. Пару недель назад в рамках мирового финансового кризиса был закрыт один из старейших журналов о музыке, «Fuzz». В блогах и на концертах активно обсуждается новость о том, что новый номер «Rolling Stone» выйдет сдвоенным за февраль и март, и, возможно, окажется последним вообще. Год назад, когда слово «кризис» ещё не прописалось в повседневных разговорах, был закрыт «Play».

В то же время, в приснопамятном Лондоне даже в самом мелком cornershop’e в пакистанском квартале можно купить сразу несколько журналов, которые полностью посвящены музыке. В Москве, даже в крупных ритейлах, торгующих дисками, полки не могут похвастаться подобным разнообразием.

Да, почти во всех глянцевых журналах есть рубрики с обзорами новых CD как правило никому не известных групп, втиснутых между советами про диеты и новые технические гаджеты, но, скорее всего, эта рубрика не займёт и разворота.

Конечно, мир стремительно меняется, и блоги, пишущие о просочившихся в Сеть новых альбомах, скоро дадут сто очков вперёд любому печатному изданию. Но почему в тех же условиях многие западные журналы продолжают радовать читателей и качеством материала, и стабильной периодичностью?

В начале 90-ых музыкальной прессы практически не было. Самиздат, криво отксеренные листки бумаги с последними новостями и сложности с распространением. Попытки пробиться к молодежи, разумеется, предпринимались. Например, в журнале «Мы» писали про рок-группы и давали советы, что стоит надеть, когда собираешься на рок-концерт, или как без страшных последствия провести вечеринку у себя дома: долой советские стереотипы, да здравствуют панковские ирокезы. Выжило ли издание? Нет. Проблемы с деньгами (мы же все представляем, какой хаос творился в начале 90х), а также попытка копировать журнал «Юность» (повести из номера в номер, письма читателей и проч) успеха не принесли, «Мы» канул в лету, не оставив после себя практически ничего

Правда, дальше все было куда увлекательней. В 94м году вышел в свет первый номер «Птюча». Сказать, что это была бомба – не сказать ничего. Электронная музыка, шизофреническая верстка и сумасшедшие темы для статей и заметок – журнал стал настоящим культурным прорывом, причем не только в музыкальном плане, но и в плане life-style тоже. Рэйв, танцы, кислотные одежды, трансвеститы и трипы по европейским клубам: темы были весьма животрепещущими. Правда, в какой-то момент издание взяло курс на более широкие читательские массы. Главный редактор Игорь Шулинский стоял у руля «Птюча» до самого конца, однако жизнь журнала оборвалась.

Главным соперником «Птюча» был «Ом», возглавляемый вначале Игорем Григорьевым. Гид по трип-хопу, интервью с Аллой Пугачевой во время трапезы, попытки разобраться с термином «поколение Х», мода-мода-мода, тренды-тренды-тренды, Земфира и Лагутенко на обложке, рецензии Андрея Бухарина – это был сказочный период. Журнал не был целиком музыкальным, но уделял музыке очень много внимания, даже несмотря на то, что «Ом» все-таки был немножко снобистским, зачитывали его до дыр. Правда, в какой-то момент ушел Григорьев, материалы опустились на более низкий уровень, и уже никто не воспринимал «Ом» как трендсеттера. Журнал закрылся буквально несколько лет назад.

Еще одним из трендсеттеров в начале нулевых выступал «Jalouse». Да, он был больше по части моды и стиля, однако в то же время умудрялся писать о таких группах или исполнителях, которые на тот момент еще не были известны даже в узкомеломанских кругах, но через какое-то время становились звездами. Разумеется, андеграунда. R.I.P.

В стороне от этого life-style безумия всегда держался «Fuzz», на страницах которого пышно цвел либо русский, либо ностальгический хаер-рок. Как правило, авторы являлись лучшими друзьями тех, у кого брали интервью, а количество незнакомых названий в каждом номере зашкаливало: один критик писал хвалебный отзыв на концерт другого своего коллеги. Впрочем, свою функцию журнал выполнял на все 100%, активно и страстно ведя летопись русского рока. Последний номер, который вышел совсем недавно, даже удивил великолепной версткой. Уверяют, что осенью нас ждет отличная он-лайн версия журнала, но почему-то верится в это с трудом.

В какой-то момент бизнесмены и издатели смекнули, что рынок подростков, взращиваемых радиостанциями и МТВ, не окучен в полной мере. В 1997 году появился журнал «Cool». Морщиться или не морщиться по этому поводу решайте самостоятельно, однако это был прорыв. Кавер-стори, последние сплетни, тексты песен (в эпоху ограниченного интернета) – это была гениальная бизнес-идея. Благодаря своим письмам в номер журналы еще были, отчасти, кладезью юмора. Однако в какой-то момент все это наскучило до колик, и журнал так и остались уделом девочек-фанаток. Что с ними происходит сейчас – понятия не имею, вырос. Любопытно, но в начале 90х по лицензии издавался «Popcorn», который был слеплен ровно по тем же лекалам, так и не получил массового распространения и загнулся. 

Идея "Rockmusic.ru" была самая что ни на есть благородная – знакомство читателей с качественной (вы не поверите!) рок-музыкой. Герои андеграунда, внимание к отечественным группам, все очень серьезно, искренне и с душой. О том, что случилось, вы уже догадались, надеюсь.

Русская версия "NME" стала настоящей красной тряпкой для быка. Решив продолжить любимые игры своего старшего британского брата, русская редакция быстро привлекла к себе внимание. Наезды на исполнителей или, наоборот, маниакальное склонение какого-нибудь имени из номера в номер, вольное обращение с русским языком и привоз в Москву Muse на презентацию не могли пройти мимо. Читатели резко разделились на тех, кто багровел только от слова «Энеми» (с придыханием), и на преданных фанатов, атакующих палатки с журналами, Аня Дородейко была одновременно и главной любовью, и public enemy number one, все зависело от точки зрения. Radiohead, Cooper Temple Clause, (девочки, задержите дыхание) The Strokes и многие другие лохматые англо-американские подростки прочно вошли в жизнь многих. Кажется всего через 2 года, журнал закрыл издатель, говорят, что тиражи были низкие. Грустно.

Журнал "Play" был более респектабельным. Нет-нет, не респектабельным, а, скорее всего, вдумчивым. Стараясь уделять почти одинаковое внимание всем доступным музыкальным стилям, редакция создала прочный пул преданных читателей. Многие нынешние деятели что музыкальной журналистики, что отечественного шоу-биза в целом, в разные моменты времени являлись внештатниками, штатными редакторами, корреспондентами и т.д. Закрыли «Play» жестко и в один момент. R.I.P. 

В 2004 по лицензии стал выходить «Rolling stone». Классический американский журнал, которому верят (см. Стивен Кинг «Воспламеняющая взглядом») получил и российскую прописку. Вообще, Роллинг был такой музыкальной мечтой из 80х – 90х, которую все ждали много лет. Поначалу журнал эти ожидания воплощал на все 100%, а потом…Потом тексты стали более пафосными и напыщенными, появились странные рубрики, перевод не всегда стал совпадать с оригиналом из американской версии, подписи к фотографиям и названия статей становились каламбурами в редакционных курилках других изданий, а бывшие авторы сквозь зубы в личных беседах рассказывали о своих настоящих чувствах: что-то явно пошло не так. Последние полгода журнал вообще кардинально изменился. Говорят, уже сейчас на улицах Москвы можно встретить рекламу, в которой Роллинг позиционируется уже как мужской журнал: будущее видится уже не столь ясно. 

Еще один журнал, который вот уже второй год осваивает трудный российский печатный рынок  - «Billboard», выходящий у нас, разумеется, по лицензии. Его главное отличие от других - профессиональный подход. Для кого-то это большой минус, для кого-то большой плюс, однако журнал все-таки заточен именно под музыкальный бизнес. С другой стороны, на страницах «Billboard» огромное количество исследовательских статей про разные аспекты музыкальной жизни, от истории синглов до летописи индустрии видеоклипов. Как говорится, всегда можно почерпнуть что-то интересное, написанное беспристрастным языком. В будущее редакция смотрит с оптимизмом (не забывайте, это же иностранный журнал, которые у нас долго не живут), во всяком случае, по информации одного из сотрудников, кризис их не коснулся и на грани закрытия они не будут еще очень долгое время.

Перечислять примеры музыкальных изданий можно очень и очень долго, однако посмотрим правде в глаза: музыкальных журналов в России на данный момент практически нет. Да, можно ждать вероятного открытия нового музыкального или околомузыкального журнала, словно H&M'а небесного, однако, как и в случае с последним, глупо думать, что его появление кардинально изменит порядок вещей. Артемий Троицкий уже много лет обещает выпустить Q, периодически всплывают сообщения о лицензировании других известных изданий, однако ситуация все так же топчется на одном месте.Так почему же музыкальные журналы не приживаются в России? Впрочем,об этом лучше спросить людей, которые непосредственно трудились и трудятся на ниве музыкальной журналистики.

1. Почему было закрыто издание, в котором вы работали?

2. Почему в России музыкальные журналы или издания,посвященные актуальной и /или интересной музыке, практически не выживают?

Александр Старостин, бывший заместитель главного редактора журнала Fuzz

1.Если кратко: у Фузза был когда-то лозунг«первый музыкальный журнал в России»если не считать самиздата – это чистая правда, но я бы добавил к этому «и последний»  и это тоже будет отчасти правдой.

В целом:столько злобы и внимания FUZZ’у наверное не доставалось никогда. Мне сложно что-либо комментировать,так как создатель проекта Александр Долгов,на протяжении 18-ти лет руководивший журналом сейчас недоступен для комментариев. Закрылась целая страница в истории российской музыки.Вот и все.

FUZZ никогда не был "моим проектом", но я с удивлением, радостью,а иногда и с возмущением, следил за его развитием, а последние годы принимал в создании журнала посильное участие. В основном пытался писать о новых проектах:ПАХОМ И ВИВИСЕКТОР,ВОЛГА, MOON FAR AWAY, KIRA LAO, БОСХ С ТОБОЙ,VERBA,КЛЕВЕР,СОБАКИ ТАБАКА  и многие другие.Это было увлекательно.

2. Фузз существовал 18 лет, без рекламы, спонсоров и т.д. Не принадлежал ни к каким издательским домам и фондам... В этом смысле он стал примером того, что журнал может выживать столь долгое время на чистом энтузиазме своих сотрудников.

Если же говорить о журналах вообще - сейчас печатная, и особенно музыкальная, пресса переживает не лучший период -это связано как с Интернетом, так и с давнишним кризисом в музыкальной индустрии. Я знаю что тяжелые времена переживает даже такой гигант как английский издательский дом "Q" - который не так давно отказался от  части своих изданий. Это тенденция. Возможно музыкальные журналы отомрут как печатный формат или останутся лишь неким приложением к своим Интернет-аналогам

Нина Лобыкина, фотограф, сотрудничавший с Jalouse

1.По официальной версии причина -  слишком высокие затраты на производство и плохая продаваемость рекламы.Однако, сразу же после закрытия стартовали работы по созданию “Sex in the city”, только пилот которого готовили почти два года: два года людям платили зарплату за то, чтобы те каждый день выходили на работу делать журнал,  в который по определению нельзя было продать рекламу, поскольку тот не выходил. Моё мнение – издателям просто не нравился Jalouse, вот они и“конвертировали” его в более привлекательный, с их точки зрения, актив.

2.Не получается создать по настоящему автономный, обеспечивающий себя продукт: каким бы ни был ценитель музыки, издающий журнал,у него слишком много предвзятости и перемен настроения, влияющих на содержание непосредственно через финансовые потоки, той предвзятости, которая со  временем превращается в навязчивость, и лишает существование такого журнала смысла. Инвесторы требуют чрезмерной броскости, главный бухгалтер стареет на глазах, получая счета за съемки, лицензиар возмущается по поводу нововведений в дизайне, каждый тянет одеяло на себя,и можно книжку, наверное, написать “О, все эти причины”. Но возможно, просто пока ещё не произошло. Не сложилось – не сошлось.Верю, всё впереди!

Руслан Шебуков, бывший главный редактор NME

1.На самом деле русская версия NME пользовалась не такой уж огромной популярностью. Его тираж в среднем составлял треть от тиража моего предыдущего проекта, компьютерного журнала Upgrade. Что означает сравнительно небольшую аудиторию серьезных энтузиастов музыки в нашей стране. Когда я затевал проект с NME, я надеялся, что эта аудитория у нас гораздо больше. Но даже не это самое главное.

2. В России, как и в любой другой стране, издательский бизнес должен приносить деньги, а музыкальные журналы денег не зарабатывают, поскольку в них нет рекламы. В более продвинутых в этом плане странах (в первую очередь в Великобритании и США) рекламодатели музыкальных изданий - это в первую очередь концертные агентства и звукозаписывающие компании. У нас же сложилась такая традиция, что реклама концертов предоставляется за аккредитации на концерт, что, конечно же, неправильно - аккредитации и так должны раздаваться журналистам бесплатно. Что касается продаж дисков, то опять же в нашей стране их никогда толком и не было: люди привыкли покупать пиратские диски из-за их доступной цены, а теперь и вовсе бесплатно качать музыку из интернета. Другие же рекламодатели считают аудиторию музыкальных журналов неплатежеспособной из-за ее юного возраста и несерьезного образа жизни. Что тоже в корне неверно: молодежь готова тратить последние деньги на любимые или модные вещи. Когда рекламодатели это поймут, тогда музыкальные издания - бумажные или онлайновые - и начнут приносить деньги.

2. Эта ситуация вполне закономерна. В любой стране музыкальные журналы являются частью рекорд-индустрии и существуют не в последнюю очередь за счет рекламы альбомов, концертов или мерчандайзинга, которую за деньги размещают лейблы,менеджеры и концертные агентства. В России у подавляющего большинства лейблов отсутствует такая статья расходов, как "маркетинговые бюджеты на продвижение в прессе". Совокупный бюджет тех немногих, кто рекламирует свою продукцию составляет порядка 10000 USD в месяц. Это слабая подпитка даже для одного издания, что говорить о целой индустрии музыкальной прессы. Эта ситуация наглядно демонстрирует, что пиратство - проблема не только лейблов и артистов, а в принципе всех, кто так или иначе связан с музыкой у нас в стране.

Глеб Лисичкин,  бывший редактор Play и Rolling Stone

1. Журнал Play,как и многие другие музыкальные медиа-ресурсы, был закрыт из-за экономической нецелесообразности его издания. Рекламные менеджеры издательского дома «Медиасайн»(и не только), не могли объяснить клиентам, что целевая аудитория издания кредитоспособна и заинтересована в их товарах, к тому же неквалифицированные рекламщики (которых на рынке большинство) обладают на удивление узким кругозором. То есть, буквально – в Плее были рекламные полосы двух рекорд-лейблов, которым оказывалась редакционная поддержка (порою даже в очень циничной, «джинсовой»форме), две-три полосы рекламы Hi-End-аппаратуры или автомагнитол, ещё пара полос пакетной рекламы (доставшейся от других изданий ИД), и всё. Для полнокровного существования издания таких бюджетов недостаточно,поэтому Play и сняли с баланса.

Справедливости ради, ощущая недостаток бюджета, за полтора-два года до «перекрытия кислорода» ИД решил менять формат издания – но не резко, а постепенно: сначала к названию издания добавилось слово «МР3» (за несколько номеров до кончины оно исчезло), потом начали появляться неожиданные и необъяснимые рубрики – фотожабы, странные рейтинги, рецензии на компьютерные игры.В результате этого рецензии на аудио-CD, с которого журнал и начинался, сократился до 36, кажется, полос, а само издание стало напоминать эдакое чудище доктора Франкенштейна.

Что самое интересное: когда PLAY был в сегменте «узкоспециальных» изданий, и не пытался бороться за массового читателя, он был и окупаемым, и уважаемым в индустрии, и вообще всё было хорошо. Как только на обложках начали появляться российские поп-артисты,редакцию покинул Артём Рондарев (это произошло через 2 или 3 года после запуска) – ну и началась долгая история падения.

2. Причин уйма, конечно же –это непрофессионализм и рекламщиков и редакторов (которые, порою, не могут найти баланс между экстремальным и массовым), и совершенно уебищные,драконовские законы дистрибьюции прессы, и количество читательской аудитории (недостаточное для того чтобы такое издание жило только за счет тиражей). В принципе, этот разговор продолжает имеет смысл только в прошедшем времени. Сейчас, в разгар кризиса, крайне глупо даже задумываться о запуске новых журналов – на рекламу в прессе уже ни у кого не хватает (просто полистайте любой журнал за сентябрь и февраль – и посчитайте разницу в количестве рекламных полос), да и вообще хватит губить деревья, когда все потенциальные читатели уже давно сидят в Сети. Интересны русскоязычные музыкальные СМИ в сети непременно появятся, и скоро (я и сам этого жду с нетерпением), надо только подождать пока эти тенденции, наконец, прочухают рекламодатели, а редакции интернет-журналов начнут достойно платить за материалы.

Глянец уже умер, безвозвратно, и не стоит об этом жалеть – оставьте у себя на антресолях подшивки уже давно почившего в бозе украинского журнала «НА!!!» и ещё, может быть, несколько выпусков «Хулигана» - чтобы потом показать внукам, как странно вы фриковали в 00-ых.