Views Comments Previous Next Search

2562

141158
Написалurbanite 26 ноября 2008
141158

2562: областной дабстеп

Возможно, дабстеп до сих пор и остаётся чисто локальным феноменом, но теперь его локализации повсеместны. Джон Ситизен из Resident Advisor встретился с нидерландским продюсером 2562, чтобы обсудить тусовки, саунд и почтовые коды.

Дейв Хуисманс, обладающий, пожалуй, самым неприметным псевдонимом в дабстепе, произвёл настоящий фурор, когда на принадлежащем Pinch лейбле Tectonic Recordings вышла его дебютная работа. «Channel Two» обозначил собой момент, в который всё более очевидно начал проглядываться новый звук – отправную точку для разрастающейся группы продюсеров, размывающих ранее чётко очерченные грани между дабстепом и техно. Сегодня это уже обширное движение и такие артисты, как Peverilist, Martyn, Appleblim и Pinch, выпускают множество релизов, исследующих эту весьма плодородную территорию между двумя жанрами.

Фирменный стиль 2562, уравновешивающий точёные биты с добротными мазками мелодии, вбирая в себя техно, гэридж, брокен-бит и даб, уже успел расположить к себе довольно широкий спектр слушателей. Выступая под псевдонимами 2562 и A Made Up Sound, Хуисманс теперь частый гость на совершенно разных по звуку площадках, таких же разных, как и те жанры, из которых он черпает своё вдохновение. И эта тенденция, скорее всего, только продолжится в свете недавнего выхода его дебютного альбома «Aerial».

Для начала вернёмся немного в прошлое, расскажи нам про то, кто или что на тебя повлияли? Когда ты впервые заинтересовался музыкой, в частности, электронной музыкой?

С тех пор как я был ребёнком, на самом деле. Я всегда интересовался клубной музыкой, в Голландии во времена 90-х это была преимущественно хаус- и техно-музыка. Я был слишком молод тогда, чтобы ходить в клубы, и для меня это в основном было связано с тем, что я следил за клубными чартами и пытался приобрести ту музыку, которая в них попадала, брал диски у друзей и копировал кассеты. Rene & Gaston, Quadrophonia, Speedy J, Fierce Ruling Diva, Beltram… наверное, это всё так захватывало как раз потому, что за этим всем стоял ещё целый мир, в который у меня не было доступа. Покупка винила и хождения в клубы были позже. Техно всегда было доминантным стилем в голландской ночной жизни, так что, наверное, вполне обыкновенно, что каждые выходные можно было его услышать в изобилии.

Популярный стиль техно, правда, был скорее европейский и нацеленный на танцпол, Я открыл для себя звуки более душевного детройтского техно довольно поздно, только с появлением в Голландии таких компаний как Clone и Rush Hour, которые записывали и распространяли много интересных новых лейблов. Delsin Records из Амстердама, например, с самого начала имели огромное влияние на меня. Такие люди, как Aardvarck и Newworldaquarium, по-своему переделали детроитский звук. Мне просто очень по душе этот глубокий, тоскливый звук который одновременно кажется и ностальгичным и футуристичным.

Так что хаус и техно всё-таки были основой, но в 90-х я так же заинтересовался драм-н-бейсом, ранние Metalheadz и Full Cycle, например, да и вообще всей электронной музыкой. Слушал практически всё, начиная от Warp Records, которое тогда называли IDM, брокен-бит из Западного Лондона, такое как Dego, IG Culture, Seiji, и позже Domu. Я всегда просто охотился за музыкой, которая заставит меня улыбнуться, потому что она такая странная и свежая, да и в принципе до сих пор делаю то же самое.

Что тебя подтолкнуло к тому, чтобы перевоплотиться из того, кто музыку только слушает, в того, кто её создает?

Это заняло довольно много времени. Я играл как диджей с 18, 19, 20, и это уже довольно поздно. Я всегда хотел начать заниматься продакшном. Но не решался, потому что всегда считал, что нужно быть технически подкованным, чтобы этим заниматься. Ну, ты знаешь, контролировать студию и всё оборудование, которое в ней, знать досконально, как всё это работает. Это совсем не я, я никогда не был технически одарённым парнем.

Годами это меня отталкивало, до тех пор, пока меня не осенило, что люди творят замечательную музыку, используя только компьютер и несколько программ. Так что пять лет назад я, наконец, решился и приобрёл компьютер специально для этого, до этого у меня даже не было компьютера. Ну да, звучит немного странно, но я был динозавром в то время [смеётся]. Спустя короткое время я приобрёл аналоговый синтезатор, потому что я понял, что ими не так сложно пользоваться и мне нравится аналоговый звук некоторых техно и брокен-бит записей.

Я всегда много работал с семплами, особенно в начале, когда я больше писал брокен-битовые, хип-хоповые вещи. Так я ощущал, что у меня больше контроля и было легче работать, чем работая с синтезаторами. Это пришло позже.

У тебя был опыт с музыкальными инструментами до того, как ты начал использовать компьютеры?

Совсем нет, я даже ноты не умею читать. Это всё пробы и ошибки. У меня есть клавишный контроллер передо мной, на котором я иногда что-то пробую, но я им в основном не пользуюсь. Я считаю, что у меня получаются более интересные мелодии и структуры, по крайней мере, на мой вкус, если я просто работаю с программами и пишу в них вещи, которые бы не родились при использовании классических инструментов.

Твой псевдоним 2562 довольно анонимен, возможно даже, намекая на то, что ты тип человека, который не очень любит быть в центре внимания. Ты предпочитаешь сфокусироваться на создании музыки, нежели на саморекламе через интервью и фотографии для прессы?

Ну, это не та причина, по которой я выбрал это имя. Это мой почтовый код. Но, наверное, ты прав в том, что я не очень люблю быть в центре внимания. Наверное, я – архетип электронного музыканта. Анонимный, ботан практически [смеётся]. Мне кажется, что музыка должна сама по себе больше всего рассказать. Я ценю то, что люди интересуются человеком за музыкой, но это никогда не должно занимать центральной позиции.

Раз 2562 это твой почтовый код в Гааге, что ты будешь делать, если вдруг переедешь?

Наверное, придётся сменить имя, не так ли? [смеётся] Ну, наверное, пока оставлю это. Я его выбрал потому, что я начал этот проект и начал следить за дабстепом, после того, как я сюда переехал, что послужило катализатором для всего этого. Это место и звук связаны воедино для меня.

В дабстепе произошло некое сближение продюсеров с самыми разными корнями такими как драм-н-бейс, техно и даб. Музыканты, такие как Martyn, Breakage и ты, все вышли из других контекстов, нежели гэридж или дабстеп. Что именно такого специфичного в дабстепе притягивает музыкантов как магнит?

Для меня, наверное, самое важное это та свобода, которая была специфична этой сцене, когда я ей заинтересовался. Я был изумлён разнообразием звуков и стилей, когда я впервые с ним столкнулся. Это было в позднем 2005 году. Я прослушивал то, что писали Horsepower Productions в ранних 2000-х, а затем вернулся к этому и заметил, что всё очень сильно изменилось во что-то совсем другое, стереотипный халф-битовый звук, как у Loefah и Skream.

Всё совсем изменилось.

Ну да, всё изменилось, причём не в один звук, а в несколько разнообразных вещей. Там был и наводящий ужас халфстеп от Loefah, или более дабовые вещи как Skreamizm, то, к чему меня очень потянуло. Ну и конечно саунд Digital Mystikz, который был более красочный и иногда даже более весёлый и убыстренный. Меня изумило то, сколько разных стилей существовало в этой маленькой сцене.

Ну, то, что это всё-таки сцена со своей тусовкой, сначала меня сдерживало от желания писать «дабстеп». Я не хотел быть частью тренда, потому что было явно, что они сами для себя создали это в Южном Лондоне. Совершенно бессмысленно аутсайдеру из Гааги начать делать то же самое. Но в то же время я ощущал возбуждение от этого звука и ощущал, что могу добавить в него нечто своё, так как мои музыкальные корни и предпочтения отличаются. Поэтому я попробовал пару вещей – «Channel One» и «Moog Dub» были первыми результатами, к тому же это было весело как продюсеру. Сначала это всё было чисто для себя. Я не ожидал, что с этим что-то произойдёт.

Какие возможности дабстеп предоставляет тебе как продюсеру, которых, возможно, нет в техно или брокен-бит, или других жанрах в которых ты писал до дабстепа?

Ну, в принципе, в техно тоже можно получить свободу, тут просто вопрос её взять. Просто вот такая штука с техно, оно существует уже так долго, что стало немного фиксированным в плане того, что работает или нет с большинством диджеев и на танцполе и в магазине пластинок. Некоторое из того техно, которое я писал до 2562, было довольно нетрадиционным и ломанным. Поэтому его было сложно выпустить. Только после первого релиза на Tectonic – «Channel Two» – для меня стало возможным его выпустить. «Channel Two» явно открыл много дверей.

Пытаешься ли ты вызвать какие-то определенные настроения или характеристики когда работаешь в студии, или же ты больше склонен поэкспериментировать и удивляться результатам?

Скорее второе. Хотя иногда я могу быть в определённом настроении и ощущать, что нужно из этого добиться чего-то. Например, главные части Aerial были написаны в не очень хороший для меня период: куча стресса на работе, да и моя девушка уехала на несколько месяцев жить и работать в другой стране, возможно, это как-то отразилось некоторой меланхоличностью таких треков как «Morvern» и «Basin». Но на прикладном уровне, это скорее вопрос того, чтобы просто пробовать что-то, включить оборудование и просто позволить экспериментам тебя вести.

Мне кажется, никогда не удаётся сделать так, чтобы трек звучал точно так, как было задумано, когда я начинал, но это тоже хорошо потому, что можно позволить себе удивить себя. Вот эта поднимающаяся и опускающаяся бас линия на «Techno Dread» получилась случайно, например. Я её получил бесплатно. К тому же, когда работаешь с семплами, что я начал недавно опять делать, никогда не можешь точно запланировать, что из этого получится, я обычно манипулирую ими до полной неузнаваемости.

Кажется, «Kameleon» начал свою жизнь как музыкальное произведение без ритм-секции, но каким-то образом преобразовался в трек который основывается на бонго и в таком виде в итоге и попал на винил. Каков был ход мысли, который привел к такому очень отличающемуся результату?

Как обычно, это просто произошло в процессе работы. В начале у меня появилась идея для этого трека, когда я дышал свежим воздухом на пляже, что я частенько делаю, чтобы прочистить голову. Так я отправился домой, и всё ещё в ботинках полных песка, включил оборудование и попытался по-быстрому запечатлеть то, что я только что выдумал. Мне показалось, что было бы интересно, чтобы несколько перкуссионных элементов иррегулярно плавали по треку тут и там как точки опоры, но в итоге они всё поглотили.

А есть возможность, что версия без ритма когда-нибудь скоро станет доступна?

[Смеётся] Ну я мог это сделать. Но я очень много времени вкладываю в каждый трек, поэтому я никогда не рвусь сделать новую версию или VIP. Намного более интересно двигаться дальше и начать что-то новое.

В связи с ростом эйфории вокруг дабстепа, написанного под влиянием техно, не боишься ли ты, что работа таких музыкантов как Martyn, Peverilist и ты будет загнанна в эту категорию?

Не знаю. Возможно, люди так и поступят. Самое забавное, что хоть люди и группируют эти имена, включая моё, вместе, я все-таки думаю, что у каждого из нас есть свой очень характерный звук. Мне в принципе понятно, почему нас ставят рядом друг с другом, потому что мы разделяем некие эстетические пересечения с техно. Это отличается от вобблово-халфстепного дабстепа, который ориентирован на веселье и вечеринки.

Честно говоря, меня не особо тревожит, что меня могут заклеймить категориями. Мой звук будет продолжать развиваться, и даже я не могу предсказать, куда он пойдет дальше. Невозможно контролировать, как публика его примет и поймёт, и для меня это не проблема.

Насколько сильно Pinch повлиял на создание «Aerial»? Были ли еще люди, с которыми ты ощущал достаточно комфортно, чтобы попросить их высказать своё мнение о твоих треках?

Ну, Pinch был первый, кто вообще вложил идею о том, что есть возможность создать альбом в мою голову, так что это очень важно. Но не было никакого давления по времени, и он просто предоставил мне полную свободу в плане написания альбома, только иногда давал хорошие советы и немного помог с выбором и расстановкой треков.

Других людей, кому бы я играл свои треки, не было, так как мне не очень комфортно отсылать свои треки слишком рано. Я должен быть полностью уверен, что даже каждая деталь совершенно готова. А это часто означает отложить трек на время и вернуться к нему со свежим взглядом месяцы спустя. Например «Basin Dub» я закончил где-то спустя год после его начальной версии.

Какая часть создания альбома тебе лично больше всего принесла удовольствия?

Для меня вообще самый приятный момент в создании музыки, это когда тот набросок, над которым ты работаешь, вдруг «склеивается». Когда вдруг понимаешь, что он превратился во что-то стоящее. В каком-то смысле то же самое и с альбомом в целом, только это было гораздо более сложным и запутанным процессом. Так как было много из чего выбирать, а мне хотелось создать подборку, которая бы хорошо перетекала из одного в другое, и присутствовали, как подъёмы, так и падения. Когда я почувствовал, что всё закончено, я взял альбом целиком и пошёл на пляж чтобы прослушать его от и до. Это для меня был довольно специальный момент, когда я понял, что «всё, он закончен и теперь я могу им насладиться», и это после того, как уже сотни раз слышал эти треки в процессе. Конечно, это всё-таки дело каждого слушателя, решить, что им нравится, но для меня это именно тот альбом, который я хотел записать.

После выпуска «Aerial», за какие проекты ты возьмёшься в будущем?

Скоро выйдет новая пластинка A Made Up Sound на Subsolo, лейблe Shed, a так же скоро выйдут ремиксы от Martyn, Quantec и The Village Orchestra. Но более всего я жду того, когда смогу просто сесть писать новую музыку и не думать на какое-то время о релизах. Для меня этот альбом ощущается как окончание некой эры. То, как мне это представляется, любой альбом должен быть связанным целым и иметь некое сфокусированное звучание. Теперь же я могу опять потерять фокус и начать творить, не смотря на жанр или темп или звучание. Всё что угодно может случиться.

Интервью: Джон Ситизен для Resident Advisor, июль 2008

Перевод: Василий Слесаренко для Grime.ru, ноябрь 2008

Рассказать друзьям
14 комментариевпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.