SARAH MOON. ХУДОЖНИК ДОЛЖЕН ПОТЕРЯТЬСЯ

«Я думаю, что сущность фотографии черно-бела. Цвет – всего лишь отклонение…»

«Люди смотрят на фотографии и говорят: «Так они же не резкие!» Я не понимала, потому что я так видела вещи. Я никогда в своей жизни не носила очков."

Мариель Хаданг родилась в 1941 году в Париже. Она стала известна под псевдонимом Сара Мун. В 60-е работала моделью от кутюр, брала уроки рисунка. В 1968 году начала фотографировать, работала для многих журналов мод: «Элль», «Вог», «Харпер’с базаар». Но в конце концов отказалась от мира моды, перейдя к субъективной фотографии. С 1979 года она участвовала в нескольких кинопроектах. В 1983 году делает персональную выставку в Международном центре фотграфии, Нью-Йорк. В 1995 году получает французский Гран-при фотографии, ее ретроспектива проходит в Национальном центре фотографии в Париже.

ФРАГМЕНТЫ ИНТЕРВЬЮ С САРОЙ МУН.

Журнал «Weekend» № 42(3126) от 11.03.2005

— До того, как стать фотографом, вы некоторое время работали моделью. Помните ощущения того, кто находится по другую сторону камеры?

— Помню только, что это какое-то абсолютно пассивное состояние! Это все было очень давно. Я тогда была очень молода, интересовалась модой, потом увлеклась фотографией. Потом поняла, что снимать предметы и людей гораздо интереснее, чем одежду. Но, наверное, знакомство с модой задало некоторое направление моей жизни. Если бы этого периода не было, все было бы по-другому.

— Вы нечасто говорите о людях, которых могли бы назвать своими учителями.

— Все в жизни, что нам нравится, оказывает влияние. Если копаться совсем глубоко, то первооткрывателем силы образа и визуальной картинки для меня был Сергей Эйзенштейн. Мне все его фильмы, работы настоящего мастера, дали очень много задолго до того, как я открыла для себя фотографию. А вообще-то первыми фильмами, которые я увидела, были немое кино и немецкие импрессионисты. Возможно, детские впечатления действительно самые сильные. По крайней мере, силу чувств, какие-то переживания я всегда пытаюсь отразить в своих работах.

«Независимая Газета "

Статья: ХУДОЖНИК ДОЛЖЕН ПОТЕРЯТЬСЯ

Автор: Михаил Сидлин

– Фотография – это искусство припоминания, памяти?

– Да. Для меня это играет важную роль. Я думаю, это скорее бессознательное, это очень трудно сформулировать. Когда вы меня спрашиваете «почему вы сделали это?», я не знаю ответа. Есть нечто, что трогает меня, что я хочу отметить. Когда я собираюсь в цирковую школу, я не знаю мотивации, не знаю, почему мне это так нравится. Мне нравится то, что на арене каждый заботится о себе сам – старается делать то или другое… Это важный символ. Это не про память, это про открытие и узнавание в то же самое время. Есть нечто в памяти…

– Нечто в коллективной памяти, может быть?

– Я всегда думала, что есть коллективная память и коллективное бессознательное. Но я не знаю мотивации. Она находится тогда, когда начинаешь идти вперед.

– Есть прямая фотография и постановочная фотография. Вы используете и то и другое?

– Да. Потому что и в жизни тоже есть постановка. Когда я вижу постановку в жизни, то этого достаточно. Когда я не вижу постановки в жизни, я ставлю сама. В любом случае это выдумка. Я трансформирую реальность – как бы там ни было, я не говорю «правды». Я верю в то, что, для того чтобы верить, нужно верить. Это очень сложно.

– То, что вы делаете в своих художественных фотографиях, очень отличается от того, что вы делали в модной съемке. Вы снимали для календаря Пирелли…

– Это ошибка моей молодости! Пирелли… это было для меня тем, чем было, – Пирелли приглашает фотографов, чтобы делать календари. Это запрограммированный язык, и вам платят за то, чтобы вы сделали это так хорошо, как вы можете. Мода – это запрограммированный язык, который связан с сексуальной привлекательностью. Когда вы делаете такую съемку, у вас бывают хорошие снимки и плохие. А если вы работаете с артдиректором, он использует те снимки, какие он хочет, и он использует плохие, потому что он берет те фотографии, где девушки больше раздеты. Но когда это помещают на стену и говорят, что это – искусство, то я говорю: нет, это не искусство; и я не хочу, чтобы меня ассоциировали с такого рода искусством. Для меня это чисто коммерческая работа, которая иногда прекрасна: вы можете сделать прекрасные художественные фотографии, потому что вы пробуете свои возможности. Некоторые из моих фэшн-съемок мне до сих пор нравятся, потому в них есть то качество, которого нельзя достичь дважды. Так что дело не в том, что я считаю заказную работу – фальшивой, дело в том, что каждый заказ – это попытка, и мне это нравится. Наконец, если бы меня не просили снимать моду, я бы никогда ничего не сделала, потому что если бы я не занялась этим, то никогда бы не поверила в себя в достаточной степени. Сулаж – вы знаете такого художника?

– Да. Я делал с ним интервью, когда он был в Москве.

– Сулаж сказал, что ремесленник знает свой путь, и он идет этим путем, чтобы делать свое дело; но художник должен потеряться, чтобы найти свой путь. Прекрасно сказано. И в этом – различие. Так что я всегда говорю молодым фотографам: вы можете заниматься этим, но вы всегда должны думать своей головой.

И еще одно высказывание Сары Мун о взаимодействии с моделью:

«Я – там, перед нею. Я понятия не имею, что она должна сделать, и даже если бы я представляла себе, я не знаю, как сказать ей. Я чувствую, что это должно прийти от нее, это похоже на гипноз, я смотрю и смотрю, и жду. Конечно, время от времени, я щелкаю затвором, но только для того, чтобы подбодрить ее, подбодрить себя, подбодрить каждого вокруг.»

Автопортрет