Я тебя люблю,я тебя тоже нет. Серж Генсбур

Друзья, приглашаю посмотреть эстетскую драму Сержа Гинзбура, Я тебя люблю,я тебя тоже нет(Je t'aime moi non plus), в ночной программе, в клубе News&More, 8 июля, в 23.30. Подробнее о мероприятии здесь >>>

Два гомосексуалиста развозят мусор по свалкам, и одежду по секонд-хэндам. Невдалеке от одной из помоек им встречается захолустный бар, где работает девица по прозвищу Джонни. Нулевой размер груди, мужские майки, мальчишеская стрижка и красивое личико увлекают мачеобразного Красски. Несколько дней они ездят по гостиницам и занимаются анальным сексом (по-другому у Красски не выходит). Финал печален: сходящий с ума от ревности бойфренд делает попытку задушить бедную девочку, но Красски вовремя спасает ее от смертельных объятий своего друга… и — уезжает вместе с ним, бросив свою любовницу в слезах подставлять всем ветрам щупленькое, беззащитное, обиженное тело. Двое любят одного, а он — никого.

Эта лента, своеобразная «бидонвильская» (или «мусорная») история, стала дебютом известного французского певца и композитора Сержа Генсбура в кинорежиссуре (он же — автор сценария и, разумеется, музыки), снявшего в главной роли свою тогдашнюю жену, английскую актрису Джейн Биркин. Тем не менее, фильм «Я тебя люблю, я тоже не люблю» (название взято из одноимённой песни) абсолютно непохож на любительский опус мужа, влюблённого в супругу (между прочим, в своей третьей картине «Шарлотта навсегда» Генсбур снялся вместе уже с дочерью-подростком Шарлоттой, рискуя заслужить оскорбления в безнравственности и эпатажности рассказа об опустившемся пьянице и развратнике, который соблазняет «нимфеток» — подружек дочери).

 А вот в первой картине он без какого-либо стеснения и ложных комплексов заставил Биркин, обладающую неуловимым шармом угловатой девочки, быть объектом сексуальных влечений молодого шофёра-гомосексуалиста (тот, напротив, пленён её почти мальчишеским обликом) и даже стать участницей актов садомазохизма.
Знаменательно, что на главную мужскую роль Серж Генсбур пригласил Джо Даллесандро, прославленного натурщика «кинофабрики Уорхола», намекая также и в диалогах на перекличку с лентой «Мусор» и вообще стремясь придать французской histoire d’amour явный акцент провокационного американского «андерграунда». Хотя посвящение писателю Борису Виану и, как ни странно, душевно сентиментальная, а порой даже наивная интонация повествования (лучше всего это выражено в незатейливо-сладкой мелодии) выдают в режиссёре неисправимого парижского романтика, пусть и рядящегося в одежды циника, бунтаря и просто вульгарного типа.

Сергей Кудрявцев