Новый мир - это проект "Венера"

В этот рай за прошлые грехи не попадут правители, политики, нефтяники, банкиры, юристы, рекламные агенты — у Фреско целый список имеется. Просто потому, что они сами останутся в прошлом: в будущем эти профессии не понадобятся. И тогда закончатся войны, и все будут жить в мире и согласии, и наконец наступит на Земле благоденствие! «Это утопия», — не задумываясь скажем мы. «Это абсолютная реальность», — ответит Жак Фреско.

В октябре 2008 года после сетевой премьеры продолжения конспирологического фильма Питера Джозефа «Дух времени. Дополнение» (Zeitgeist. Addendum) интернет-публика вдруг перестала воспринимать Жака Фреско как чудаковатого профессора. Его технократический проект будущего «Венера» теперь многим кажется чуть ли не единственной альтернативой существующему порядку вещей. После того как первый «Дух времени» предсказал экономический кризис за два года до его появления, к идеям Фреско стали прислушиваться.

Футуролог Жак Фреско похож на эльфа из толкиеновской эпопеи. Никак не подумаешь, что этот маленький сухонький пенсионер из Флориды затеял мировой переворот. На вид ему не дашь больше семидесяти, но на самом деле Фреско родился в 1916-м, то есть он на год старше Советского государства и пережил его. «94-летний футуролог» — уже звучит как оксюморон, но это так: последние 80 лет Жак Фреско почти что в одиночку занимается проектированием будущего. Однако прежде чем заглянуть в него, Жак предлагает совершить небольшую экскурсию в прошлое, в 1929 год — времена Великой депрессии, где когда-то все и началось.

— Фантастика? Что вы, я никогда не читал эту дребедень! Меня это не интересовало. В фантастических романах придуманные миры не решают проблем. А я своими глазами видел вещи похлеще любой фантастики — как люди тысячами спали на улицах Нью-Йорка, бездомные, голодные и безработные, потерявшие всё до последнего цента. Мой отец, как и остальные сотни тысяч американцев, лишился работы, нашей семье тогда пришлось туго, мы сами чуть ли не голодали, это было в самый разгар Великой депрессии. Потрясенный увиденным, я впервые осознал странную двойственность: с одной стороны, люди были разорены, у кого-то не было денег даже на хлеб, а с другой — ведь ресурсы страны никуда не исчезли, хлеб кто-то продолжал выпекать. То же самое с заводами и производствами — они ведь не разрушились, как карточные домики, из-за того что рухнула биржа? Как же так, неужели все настолько зависит от денег? И тогда я понял: мир, в котором мы живем, безнадежно устарел. Его нужно менять, причем кардинально. В 1929 году мне было всего 13. Тогда я и стал футурологом, и у меня впервые появилось будущее видение проекта «Венера».

— Это забавное совпадение, проект я назвал так потому, что сам живу на Венере (точнее, в городе Венера — Venus). У нас такая локальная особенность, как на звездной карте живем, неподалеку есть город Марс, а мы на Венере, отсюда и пошло название. Но я надеюсь, что жить мы все-таки останемся на Земле! Иначе для чего я все это придумывал?! На нашей планете до сих пор столько неразрешенных проблем — голод, нищета, взять хотя бы то, что мы натворили с окружающей средой! Неужели я буду предлагать людям отправиться на другую планету, чтобы и там тоже все испортить?!

— Я еще во время Великой депрессии понял, что в будущем мы просто обязаны отказаться от денежной системы. Просто все мы привыкли к деньгам и уже не понимаем, что это и есть главный источник зла и почти всех людских пороков. Это деньги регулируют экономику, и одни страны, как США, богатеют, а другие нищают; это с помощью денег можно разорить страну, свергнуть правительство; это деньги провоцируют в нас конкуренцию, жадность, зависть и злобу; это из-за них в мире одни несчастья: преступления, войны, жажда наживы и обогащения. Вы сами понимаете, перечислять минусы денежной системы можно до бесконечности! Уберите деньги — и не будет проституции, наркомании, игрового бизнеса. Возможно, это звучит наивно. Но подумайте сами: люди думают, что без денег прожить невозможно. Но вот вам элементарное доказательство обратного: что вы будете делать на необитаемом острове, если у вас с собой в чемодане окажется миллион долларов, а ресурсов на острове при этом не будет? Ни рыбы, ни зверей, на которых можно охотиться, ни питьевой воды? Сможете выжить без всего этого? Или все-таки умрете от голода, прижимая к груди кучу зеленых, никому не нужных бумажек? Поэтому я совершенно уверен: людям нужны не деньги.

— Деньги! Деньги! Да они разрушат нас рано или поздно и приведут к глобальному краху! Мы уже на волоске, неужели не видно? Эта система изжила себя. Как-то я видел, как люди на южных островах живут без денег и не имеют никакой головной боли. Кокосов на пальмах хватает на всех, пойманную рыбу раздают поровну. И все счастливы. Это и есть ресурсоориентированная экономика. Я предлагаю то же самое, только на более развитом уровне. Ресурсы Земли безграничны, мы их даже наполовину еще не исследовали. В первую очередь мы займемся разработкой альтернативных источников энергии. Одна сила морских волн в глобальных масштабах может приносить 50 процентов всей используемой нами энергии. То же самое с геотермальной энергией: если мы научимся использовать «тепло земных недр», у нас в руках окажется практически вечный двигатель, ведь тепло планеты восполняется постоянно! Но этим нужно заниматься, а мы пока продолжаем качать нефть и загрязнять окружающую среду. Я предлагаю экологически чистое будущее. Машины и скоростные поезда будут передвигаться на электродвигателях. Поскольку денег не будет, то и кредит в банке на электромобиль вам брать не придется. Только представьте себе, если вы родились в Америке, вы больше никогда ни за что не платите! Бесплатный транспорт, перелеты, жилье, образование. И у всех будет одинаковый доступ ко всем ресурсам земли.

— Вы имеете в виду коммунизм? У проекта «Венера» с коммунистической системой только на первый взгляд есть сходство. У коммунизма не вышло избавиться от дефицита и не получилось дать всем поровну и по потребностям. К тому же коммунизм невозможен без денег. Как и без жесткого правительства и большой армии. А в проекте «Венера» одни люди больше не будут управлять другими, вместо них это будут делать машины, у них реже происходят сбои. Потому что даже если мы соберем самых порядочных людей в правительстве, то, если вдруг закончатся ресурсы, они станут врать и воровать.

.

— Я в детстве прочитал книгу под названием «125 утопий и почему они прогорели», и я знаю почему. Потому что даже в утопиях предлагалось общество, которое работает по старой схеме, а я предлагаю совершенно новые правила, никем никогда не использовавшиеся.

С трудом поспеваем за бодро шагающим по своим владениям Жаком. Пробегая мимо потянутого тиной болотца, Жак наспех сообщает: осторожно, не пугайтесь, если увидите аллигаторов; они у нас почти что ручные, на днях одного выловили из бассейна. Всего четверть века назад Жак купил 32 гектара земли в глубине штата Флорида, вдали от океана и шумных пляжей Майами-Бич. За 30 лет на голом поле своими руками, не без помощи своей спутницы Роксаны Медоуз, построил город-сад — вырастил джунгли и спроектировал несколько вилл по собственному дизайну! Жак много говорит и еще больше хочет показать. Заходим в его мастерскую. Дышать совершенно нечем, в апреле во Флориде уже больше 30 градусов тепла, но Жак как будто не замечает духоты. «Рассказывать на пальцах нет смысла, — говорит он. — Давайте я лучше покажу вам, как будет выглядеть мир в будущем».

— Просто так эти модели пока никому не нужны, это же не игрушки. Поэтому я создаю их с конкретной целью — для документальных фильмов. На 15-минутный фильм уходит 2,5 года. От концепции, чертежей и рисунков до анимации моделей. А без фильмов невозможно привлечь новых адептов. Если я просто так сейчас выйду на улицу и буду всех призывать отказаться от денег, в лучшем случае про меня подумают, что я антиконсьюмерист, в худшем — заберут как умалишенного. Поэтому без фотографий, без дизайна и видео невозможно донести нашу концепцию. Я уверен, когда все люди проникнуться проектом «Венера», никто не захочет жить в старом мире.

— Если все завтра скажут: всё, мы отказываемся от денег и готовы к ресурсоориентированной экономике. Тогда, я думаю, нам понадобится лет десять, чтобы превратить Землю во второй Эдем. Первый, экспериментальный город можно построить и с помощью существующих сейчас ресурсов. Это будет наша визитная карточка, промогород. Люди со всего мира будут приезжать в него как на экскурсию, и, если он им понравится, они построят три таких города в России, три в Китае, три во Франции. По технологии, которую я предлагаю, город можно будет построить за несколько месяцев.

— Совершенно верно, он и будет собираться как игрушечный, что-то вроде конструктора «Лего». В города на океане дома будут доставляться уменьшенными в несколько раз для упрощения транспортировки, а по прибытии мы увеличим их до реальных размеров. На ваших глазах дом вырастет, а роботизированные машины помогут ему встать на свое место. И эта технология возможна уже сейчас — с помощью существующих высокотехнологичных материалов, обладающих памятью. Как бы вы ни меняли их форму, при изменении температуры они возвращаются в прежнее состояние, то же самое будет и с домами.

— Об этом не беспокойтесь, переход будет постепенным, они либо уйдут под землю, либо останутся на прежнем месте и превратятся в музеи, чтобы дети в дальнейшем могли видеть, как люди жили в прошлом.

— К примеру, в первом городе будут жить три тысячи человек, они скидываются по 25 долларов и создают из этих денег общественный банк. Во время переходного периода деньги нежелательны, но допустимы. Люди будут брать деньги, необходимые на строительство, в долг у банка, но доход будет идти не в карманы людей, а городу. Если тысяча чеовек пожертвует по десять долларов, эти средства пойдут на создание библиотеки; доход за аренду книги в два доллара тоже идет городу. И так постепенно мы сможем перевести эту систему на бесплатную. Прибыль магазинов и ресторанов тоже пойдет в городскую казну. А как вы хотели — сначала надо все-таки вложить!

— Это неверный вопрос. Главное — есть ли у нас ресурсы на это. В теории у нас есть ресурсы построить все, что захочет человек! Но у нас нет денег. Если у нас будет глобальная ресурсоориентированная экономика, мы не будем думать, сколько что стоит.

— Если общество на первом этапе не вложит денег в его строительство, ничего не произойдет. Люди должны сами прийти к тому, что в проект «Венера» надо вкладывать деньги, а самое главное — усилия и желание. Если найдется необходимое число волонтеров, тогда мы сможем сдвинуться с мертвой точки. Я очень хочу от теории перейти к практике, но у меня нет никакого контроля над людьми, они сами должны понять, что проект «Венера» им подходит.

— Обычный человек, попав в наш город, захочет задать миллион вопросов, где ему жить и как, поэтому сначала надо идти учиться, как жить в городе. Будут организованы специальные школы, мы будем создавать фактически новых людей.

— Бездельников, валяющихся в шезлонге, не будет, все будут заняты любимым делом. Станут тем, кем хотели быть в детстве или всю жизнь, но у них не было возможности все бросить и стать художником или заняться микрохирургией глаза. Все должны будут приносить пользу обществу, ведь мы столько всего еще не знаем про устройство Вселенной или нашего мозга!

— Если кто-то скажет, что он хочет сорок комнат, то компьютер, помогающий сделать вам планировку, моментально спросит, сколько человек у вас в семье. Трое? Зачем вам сорок комнат? Вместо этого вам выдадут сертификат на посещение психиатрической лечебницы. С вами должно быть не все в порядке.

Все-таки мы говорим о людях, которые будут здоровы.

— Нами давно управляют машины, и мы почему-то этого не боимся — они сообщают нам погоду, предсказывают ураганы и землетрясения. Они служат нам, потому что мы ставим им такие задачи. Бояться надо не машин, а людей.

— Я просто считаю, что это вопрос воспитания. Если с детства жить с прокуренными мужиками, без ласки и материнского внимания, из вас вырастет неряшливый пацаненок со скверными привычками, не умеющий за собой следить, а если будете расти со зверями, то, как Маугли, перестанете быть человеческим детенышем. И мы в первую очередь собираемся воспитывать молодое поколение, у них с детства будут совсем другие ценности. Они не будут знать ни что убийства вообще возможны, ни что такое зависть. Потому что у всех всё будет.

— Я думаю, если вы, молодые, заинтересуетесь, все возможно. А если вы ничего не будете делать для этого, то ничего и не произойдет. Я нарисовал модель общества, вы же должны попробовать претворить ее в жизнь. В последнее время у меня сложилось ощущение, что все идет по нарастающей и сторонников становится все больше и больше; они пишут мне письма, предлагают помощь. [16 марта на конференции Z-DAY в Нью-Йорке Фреско и режиссер фильма «Дух времени» Питер Джозеф заявили, что число сторонников движения Zetgeist Movement уже составляет четверть миллиона.]

В ближайшем будущем владение Жака будет продано, в каплеобразных виллах будущего поселятся новые хозяева, а может быть, вообще снесут их на следующий день как старую рухлядь. Поместье задумывалось как демонстративная модель будущего города, но после кризиса у Жака с Роксаной больше нет средств на содержание проекта «Венера».

— Во-первых, говорить о нем, и тогда оно может стать реальностью. Организуйте наши лекции в университете вашего города. Я или Роксана с радостью отправимся в Россию, но, к сожалению, нам нужны деньги, мы не можем себе позволить ездить за свой счет, кто-то должен будет спонсировать нам поездку.

— А что вы хотите? Пока что мы еще от них зависим, мы с Роксаной вынуждены продавать себя. Можно выкупить тираж моих книг и просто раздать их всем, кто хочет нам помочь, можно отправить их в библиотеки. Если мы не будем продавать наши фильмы и книги, мы не сможем производить новые. Никто ведь в США не будет публиковать мои книги, вы ведь понимаете, почему? Меня не зовут ни на радио, ни в ток-шоу, в прямой эфир меня уже давно не пускают. Все же считают, что я не просто раскачиваю общество, а веду его ко дну. Ведь я всех пытаюсь переманить на свою сторону: коммунистов, социалистов, демократов или республиканцев. Потому что я предлагаю совсем новые идеи.

— Если меня и позовут куда-то выступать, они будут меня осекать, перебивать, потом все равно вырежут все самое главное — про деньги, про общественное жилье и про компьютер вместо правительства. Я не могу предложить свои идеи широкой публике в любой момент: к сожалению, так выходит, что я должен ждать, когда нынешняя система сама падет до основания. Я жду, когда станет совсем плохо, когда произойдет полное падение рынка, возможно даже, когда уже наступит разруха. Вероятно, тогда ко мне смогут прислушаться.

— Честно вам скажу, я не хочу и не жду этого. Но похоже, что это будет единственный вариант, когда люди начнут, наконец, переосмысливать мир, в котором они живут, и начнут думать, как его изменить.

В одном из домиков будущего на территории проекта «Венера», не планируя своего будущего, живет неизлечимо больная дочь Жака — Пэмби. Футуролог с грустью говорит, что старшего сына он потерял в автокатастрофе и вот теперь у него на глазах умирает дочь. Жак готов к тому, что переживет своих прямых наследников — главное, чтобы после него остались последователи. Впрочем, пока он надеется лично начать воплощение в жизнь проекта «Венера».

— Ваше общество даже с точки зрения дизайна выглядит слишком идеально, и как-то, глядя на него, кажется, что настоящий мир при этом куда-то испарится или сам себя уничтожит.

— Мы и так на волоске от самоуничтожения. Но я же футуролог, а не предсказатель, я не знаю, сбросит ли Северная Корея на Японию атомную бомбу, но я мечтал бы, чтобы мы все объединились под крышей проекта «Венера», прежде чем все перессорятся так, что человеческий вид будет стоять на пороге исчезновения. И тогда выживем, я обещаю.

— Люди в массе своей необразованны, они заботятся о ежеминутных нуждах: как заработать денег и потратить их, они живут настоящим и не смотрят в будущее. Все считают, это Жак Фреско будет диктовать им, как жить, они проецируют свои ценности в проект «Венера». А это большая ошибка, потому что им кажется, что там все будет, как в настоящем, но это не так. Как так, думают они, мы лишимся работы, заработка, откуда тогда все будет бесплатным?

— В три этапа. Первый шаг — ликбез, то, чем мы сейчас занимаемся с Роксаной. Мы пишем концепции, снимаем фильмы, чтобы люди участвовали с самого начала. Честно вам признаюсь, мне не хотелось бы, чтобы потом, когда мы построим новое общество, кто-то пришел и решил, что он теперь тут хозяин. Этого не будет. На первом этапе мы фактически создаем видеолистовки, каким может быть мир в будущем. Те, кто проявит интерес, наверняка спросит, что мы можем сделать для будущего города. И на втором этапе мы планируем организовывать семинары, будем слушать новые предложения и критику. Это тоже важно. Затем отберем лучших специалистов и отправим их в паломнические поездки — нести знание о проекте «Венера» по миру. После того как информация распространится, на третьем этапе волонтеры начнут читать лекции уже в университетах. Так мы сможем привлечь инженеров, техников, потом строительные компании — они будут помогать нам строить первый город.

Чем больше людей будут говорить о проекте «Венера», тем больше шансов у нас будет попасть на телеканалы. Тогда они заинтересуются нами, а телеэфир на людей действует магически.

За 8 часов непрерывного общения Жак нисколько не устал, прерваться пришлось лишь однажды, чтобы заменить батарейки в слуховом аппарате. Вопросы вообще все время приходилось кричать, для Жака — это досадный признак его биологического возраста. Но если его послушать, так у него даже в 94 года не то что будущее — целая жизнь впереди!

— Нас с Роксаной пригласили в Эквадор — строить музей будущего и проектировать новую транспортную систему. Думаю, это проект года на три, потом еще есть предложения из Турции — там можно начать воплощение проекта «Венера». В Новой Зеландии нами тоже, кажется, заинтересовались. Пока я еще не решил, где мы окажемся, но где-нибудь обязательно будем и дальше работать и придумывать.

Официальный сайт:http://www.thezeitgeistmovement.com/