Views Comments Previous Next Search

Фальшивые елочные игрушки: о рынке подделок

7115822
Написалfashion_news27 декабря 2010

Откуда берется контрафакт и почему в России с ним невозможно бороться

Изображение 7. Фальшивые елочные игрушки: о рынке подделок.. Изображение № 1.

 


Помимо регулярных колонок для блога байеров, Анна Небренчина и Екатерина Петухова ведут собственный поток о бизнесе в индустрии моды. Анна и Екатерина — совладельцы компании Esper Group, занимающейся исследованиями модного рынка, фэшн-консалтингом и собственной маркой Roi et Moi, а также отвечающей за развитие концепт-стора Pierre Premier в Сербии.

Изображение 8. Фальшивые елочные игрушки: о рынке подделок.. Изображение № 2.

В то время, как в США раскрывают громкие дела о контрафакте люксовых брендов одежды и аксессуаров, в России рынок подделок продолжает свое уверенное развитие. Аналитики Esper Group оценивают объем рынка фэйка в 15 миллиардов евро в 2009 году, при этом темп роста по сравнению с предыдущим годом составил 10 %, то есть наблюдался реальный рост рынка. Основная доля приходится на товары, реализуемые через открытые рынки — причем в сравнении с Москвой в регионах России на них приходится гораздо больше от общего объема — до 40 %.

В нижнем ценовом сегменте имитируют главным образом известные люксовые марки, в среднем — спортивные, так, например, розничная цена аутентичного поло Lacoste в Москве — 4 000 рублей (100 евро), его имитации в Перми — 1 600 рублей (40 евро). Тонкий шерстяной каридган Fred Perry: около 6 900 рублей в Москве (170 евро), в Перми — 1 200 рублей (30 евро). Нужно ли говорить о том, что Fred Perry в Перми официально продаж не ведет.

Изображение 5. Фальшивые елочные игрушки: о рынке подделок.. Изображение № 3.

Уличные продавцы поддельных сумок: 1-2, 4. Район Сан-Марко, Венеция 3. Барселона 5. Афины. Многие продавцы держат сумки на веревочках, чтобы быстро собрать их в случае появления полиции. Все фотографии — Flickr.

Места продаж фэйка сложились в определенную систему: это открытые рынки, куда товар поступает в основном из стран Азии — они продают одновременно как в розницу, так и оптом. Оптовые закупки там ведут более мелкие и в основном региональные магазины, в том числе и позиционирующиеся в верхнем ценовом сегменте. Ни для кого не секрет, что ассортимент многих люксовых магазинов изрядно подпорчен фэйковым товаром — такая ассортиментная политика особенно актуальной стала в период кризиса, когда рынок люкса сократился в России практически наполовину. Они так же сами привозят товар из этих же стран, либо заказывают его производство, если речь идет о более крупной партии или о конкретной марке.

Интересно, что в последнее время торговля фэйком стала активно развиваться в интернете. Продавцы реплик одними из первых оценили преимущества социальных сетей — например, в одной из наиболее популярных в России — ВКонтакте.ру — появилась масса групп, где можно приобрести фэйковые одежду, обувь и аксессуары. Особо популярны в электронной коммерции имитации сумок и одежды Louis Vuitton, Gucci, Paul Smith, Ed Hardy, Christian Audigier, Chanel.

Изображение 10. Фальшивые елочные игрушки: о рынке подделок.. Изображение № 8.

Схема работы владельцев подобного бизнеса в Москве, если ее объяснять в профессиональных терминах, следующая. Закупка коллекций происходит на открытых рынках — в Лужниках, наследнике Черкизовского — Люблино и на вьетнамском рынке на Тульской. Причем о встрече с поставщиком можно договориться заранее на одном из многочисленных сайтов. Основной поток фэйка идет из Китая, Кореи, в последнее время все больше товаров из СНГ — Киргизии и Белорусии. А вот с Дубаем российские байеры работать не любят: по их словам, местные производители не следят за качеством подделок. Цвета, логотипы, формы — все лишь отдаленно напоминает оригинал.

Любопытно, что на рынке фэйка есть собственная сегментация. Подделки более низкого ценового уровня можно закупить в Люблино, в Лужниках — выше и качество, и цены. Экономика проекта впечатляет: покупая в Лужниках вещь за 100–150 рублей (2,5–4 евро), а сумку за 300-350 рублей (7,5-9 евро), продавец предлагает их в интернете уже за 2 500–5 000 рублей (60–125 евро). Фактически рентабельность продаж составляет 1000 %. В среднем, если не вкладывать денег в продвижение онлайн-группы, то в месяц продается в среднем 50 сумок и около 20–30 вещей, то есть продажи составляют примерно 320 000 рублей (8 000 евро), прибыль — 280 000 рублей (7 200 евро). Минимум заказа для «байера» составляет всего 10 000 рублей (250 евро).

При таких вложениях прибыльность более, чем в 90 % привлекает на этот рынок все больше и больше игроков, и надо заметить, что предложение находит спрос. Возможность его удовлетворить дает российское законодательство — страна поддерживает Мадридское Соглашение о международной регистрации товарных знаков и Протокол к нему, то есть право собственности на товарный знак признается, но никто не обязуется защищать их, если не был подан судебный иск. Ни Парижскую конвенцию по охране промышленной собственности, ни ТРИПС Россия не поддерживает.

На данный момент Роспатент регистрирует товарные знаки, Федеральная антимонопольная служба регулирует антимонопольную практику в отношении товарных знаков, Министерство внутренних дел должно защищать потребителей от контрафактов на внутреннем рынке, Федеральная таможенная служба должна пресекать ввоз таких товаров и рассматривать заявления с просьбой о защите товарных знаков, а Министерство юстиции и прокуратура — решать судебные дела. На деле выходит, что у семи нянек дитя без глазу.

Изображение 9. Фальшивые елочные игрушки: о рынке подделок.. Изображение № 9.

Если например, тот же Louis Vuitton захочет бороться с контрафактом в России, то по европейской практике его представители обратятся в орган, где был зарегистрирован товарный знак — Роспатент, однако оттуда их отправят в МВД — ведь дело касается внутреннего рынка. Обращение в МВД приведет к походу в суд, где потребуют доказательства того, что товарный знак зарегистрирован по ряду классов, нарушены права при ввозе контрафакта и при продаже на внутреннем рынке, что опять же предполагает сбор документов в Роспатенте, таможенных органах и МВД соответственно. Кроме того, гибкие формулировки понятий «контрафакта» и «имитации», прописанные в законе, позволяют почти всегда доказать, что товар относится ко второй категории, а значит максимум, что грозит нарушителю — штраф, причем от стоимости официально ввезенных имитаций. Затраты Louis Vuitton на судебное разбирательство будут в любом случае несоизмеримо выше. Участвовать в этом театре абсурда пока не решилась ни одна люксовая марка.

Победить рынок фэйка непростая задача. Ведь по сути своей это идеальная экономическая закономерная система, появившаяся из хаоса, это то самое проявление невидимой руки рынка. По мнению многих, временное, но, как известно, в России нет ничего более постоянного, чем временное.

Рассказать друзьям
71 комментарийпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.