Большой город: Петербург и петербуржцы

MAG продолжает показывать, какими известные документальные фотографы видели главные города мира. В сегодняшней подборке — Петербург и петербуржцы.

Карл Булла

(1855 — 1929)

Булла на wiki

Начав в 10 лет с должности посыльного в фирме по изготовлению фотопринадлежностей, Булла без устали изучал все тонкости фотодела — от работы в лаборатории до съёмки портретов высочайших лиц. В 1886 году, будучи уже успешным портретистом, в салоне которого мечтали сняться и студенты, и дворяне, Булла получает разрешение на проведение «всякого рода фотографических работ вне дома». Первому российскому стрит-фотографу интересно было всё и все: от архитектуры до трамваев, от кормилицы до полицейского. Бесценное наследие фотографа составляет около 23 тысяч негативов.

Шарль Шуссо-Флавьен

Charles Chusseau-Flaviens

О парижском фотографе Шарле Шуссо-Флавьене и его фотоагентстве сведений очень мало. Известно только, что он много путешествовал и фотографировал и, скорее всего, делал это с командой коллег. Зато благодаря его фотографиям Петербурга начала ХХ века, можно получить представление, как выглядел тогда центр города, его набережные, ещё не везде одетые в гранит, Невский, запруженный каретами, и полосатые будки постовых.

Брэнсон Деку

Branson DeCou (1892 — 1941)

В течение тридцати лет американец Деку странствовал по всему свету: фотографировал города и читал лекции о путешествиях, сопровождая их показом цветных слайдов и музыкой. Сам фотограф называл эти лекции «Сказочными картинками». После посещения в 1931 году Советского Союза, коллекция Деку пополнилась десятками видов Ленинграда. На раскрашенных вручную стеклянных слайдах город кажется залитым солнцем, а петербуржцы — улыбчивыми и беззаботными.

Борис Игнатович

(1899 — 1979)

Игнатович на wiki

На первом репортажном кадре классика российской фотодокументалистики, снятом на подаренный карманный «Кодак», писатель Зощенко покупает яблоки. С этого и началось увлечение Игнатовича фотографией, ставшее затем делом жизни. В первые годы Игнатович изучал необычные «косые» ракурсы, съёмку под острым углом, умышленно скошенный горизонт. Его пейзажным фотографиям свойственна крупность кадра и активность объектов — все объекты в кадре «работают» и создают сюжет.

Александр Китаев

(1952)

Китаев — представитель старой школы петербургских фотографов. На его счету больше 70 персональных выставок, он — автор текстов по истории и теории фотографии. Китаев признаёт современную технику, но сам предпочитает только плёнку и серебрянную эмульсию. «Фотография — это тайна. Хорошо ли тайну раскрывать? Слушайся серебрянную эмульсию, присматривайся к ней — она больше знает, чем ты. Цифровая фотография развязывает художнику руки. Растёт поколение, для которого компьютер, как для нас — азбука или счёты».

Борис Смелов

(1951 — 1998)

Смелов на wiki

Борис Смелов стал легендой ещё при жизни. И критики, и коллеги признают его, как одного из лучших европейских мастеров фотографии. В чём кроется секрет тонкой выразительности его работ? Возможно, дело в том, что главным в фотографии Смелов считал личность самого фотографа, уровень его внутренней культуры. «Культура автора всегда так или иначе проявляется в его произведениях. И, думаю, без любви к философии Достоевского, живописи Ван Гога, музыке Моцарта не только я сам, но и мои работы были бы беднее».

Андрей Чежин

(1960)

Чежин на wiki

Своё творческое кредо Андрей Чежин, один из признанных мастеров современной фотографии, характеризует тремя составляющими: «непредсказуемость фотографического процесса, концептуальность и самодостаточность средств выражения». Его поэтичные разматые виды Петербурга в сепии дают городу одновременно теплый, таинственный и отстраненный образ. У Чежина собственная геометрия пространства: он скрещивает параллельные прямые, по-своему кроит здания, складывает калейдоскопы из стен и крыш домов.

Алексей Титаренко

(1962)

Титаренко — романтик, воспевающий Петербург. Снимая на длинной выдержке, Титаренко превращает привычные картинки: столпотворение у метро, очередь на электричку — в загадочные картины с призраками, чьи жизни мелькают одна за другой на фоне города — вечного и осязаемого. «Я против иерархии в искусстве, для меня нет понятий фотоискусство, киноискусство и так далее. Искусство либо есть, либо его нет. Можно быть художником и можно не быть художником, а быть, скажем, военным, и быть художником в своём военном деле. Искусство — это не что, это как», — говорит фотограф.

Александр Петросян

(1965)

Сайт фотографа

В объектив Александра Петросяна попадает всё, что любят те, кто знает Петербург не только по парадным видам: классические для этого города чердаки, крыши и дворы-колодцы, строительные краны, леса, вертолёты и даже иногда дирижабли, голуби и знаменитый крадущийся вдоль стены чёрный кот. Его объектив передаёт живой интерес фотографа, его желание узнать город до последней парадной и до самой узкой улочки. «В своих работах я хочу передать личный и глубоко субъективный опыт общения с любимым городом», — говорит о своих снимках Петросян.

Александр Бондарь

(1982)

Бондарь на Flikr

Оставив центр города для других, молодой фотограф Александр Бондарь решил исследовать окраины Петербурга и попытаться увидеть скрытую красоту спальных районов. Город Бондаря — это ритм автостоянок, безмолвие пустырей и одиночество автобусных остановок. Проектная работа «Купчино», начинавшаяся, как курсовая для Фотофакультета при Союзе Художников, превратилась в полноценную серию минималистичных работ о жизни окраин — самобытных и самодостаточных, по виду которых трудно представить, в каком городе они находятся.