Нас назвали заснеженной Нигерией

На прошлой неделе президент нашей страны сел в самолет, взял в руки свой айпэд и полетел в США. Мы встретили это событие с широкой улыбкой и одобрением. Фактически, мы стояли на воображаемом аэродроме в светлых одеждах и провожали взглядом его самолет. Теплый ветер трепал наши волосы, мы улыбались и махали главному гражданину руками. И он махал нам. «Совсем скоро я построю для вас Сколково, вот что я задумал!» – кричал он в иллюминатор, а мы слышали каждое его слово и были благодарны.

Новый президент развлекается по-новому. Прежний предпочел бы охоту, лошадей или еще что-нибудь в этом духе. А новый по пути в Канаду заскочил в Apple, Twitter, поговорил с нашими соотечественниками из Кремниевой долины, а потом съел бургер со своим американским коллегой. Нашему восторгу нет предела. С кем только он не встретился!

С кем? Не встретился он с Сергеем Брином. 

Как сообщает newsru.com, это из-за давних нелестных высказываний Сергея Брина о России. 

Кто бы спорил, что этот Сережа – грубиян и подлец. А еще он один из двух основателей компании Google. А еще он №24 в списке самых богатых людей планеты 2010 (состояние – 17,5 миллиардов долларов). А еще он кучу денег тратит на благотворительность.

А еще он родился в Москве 21 августа 1973 года. Но вся эта история началась чуть раньше, в «газовой камере».

«Газовые камеры»

Сергей родился в еврейской семье, у него есть папа Миша и мама Женя. Папа-Брин всегда мечтал стать астрономом, но у него это не получилось. Он утверждает, что евреям не позволяли изучать физику в Московских университетах в 60-е годы, поэтому ему пришлось выбрать математическую специальность, благо с математикой у него проблем не было. Также он отмечает, что и этот выбор был не так прост – существовавшие в то время «газовые камеры» очень сильно уменьшали шансы евреев быть зачисленными в университет. 

«Газовыми камерами» в приемных коммиссиях московских учебных заведений называли группы студентов-евреев, к которым необоснованно строго относились при сдаче вступительных экзаменов.

У мамы-Брин тоже были проблемы с ее происхождением. Но оба Брин-родителя получили диплом и работу. Они жили в трехкомнатной квартире площадью 30 кв. м. с бабушкой Сергея.

^{– Сергей со спутником, фото Times}

Если вы знакомы с какими-нибудь учеными, то знаете, что у них есть один пунктик. Они терпеть не могут, когда им мешают заниматься наукой. Когда Сергею было 4 года, папа-Брин вернулся с Варшавской математической конференции с приглашением поехать работать в Штаты. После подачи заявления на выезд из СССР, отца Сергея уволили, а матери самой пришлось уйти с работы. Им оставалось только надеяться, что выехать из страны им разрешат. И в мае 1979 года это случилось! Папа-Брин стал профессором в университете Мериленда, а мама-Брин пошла работать в NASA. 

Вскоре после отъезда Бринов границу для ученых закрыли.

А потом Сергей пошел учиться

Учился Сергей очень хорошо.

^{У меня тоже математическое образование, и я мог бы рассказать об этом подробнее, но по опыту знаю, что вы уснете.}

Google

В Стэнфорде, где учился Сергей, он познакомился с другим студентом – Ларри Пейджем. Оба – пытливые умы, они быстро нашли общий язык, который и использовали в своих бесконечных спорах. Они исследовали методы анализа больших массивов данных, и свои исследования тестировали на интернете. 

Когда они написали поисковый движок и выпустили его за пределы Стэнфорда, им пришлось выбирать меджу бизнесом и наукой. Это был тяжелый выбор, но результат вы знаете.

«Когда мы с Ларри основали компанию, нам были нужны жесткие диски, чтобы, эммм, хранить на них весь интернет. Мы нашли их в переулке в Сан-Хосе у каких-то мутных ребят и потратили около 15 тысяч долларов – все наши сбережения. Получив эти гигантские массивы винчестеров, мы засунули их в машины и отвезли домой. А вот на прошлой неделе я пошел в магазин электроники и купил там жесткий диск на терабайт примерно за сто долларов. Он больше всех тех винчестеров вместе взятых».

Теперь гугл это:

• синоним слова «поисковик», гуглить – синоним слова «искать»
  
• самый большой игрок на рынке интернет-рекламы в США
  
• десятки полезных сервисов, без которых вам трудно жить (я использовал четыре, когда писал эту статью)
  
• миллиарды долларов (я плохо понимаю, чем 100 миллиардов долларов отличается от одного миллиарда, поэтому не привожу точных чисел)
  
• несколько самолетов с гамаками и другим странным убранством
  
• компания, у которой нет генерального директора
  
• и еще много вау-фактов

Путь к успеху был не очень легок, сами понимаете. Однажды, например, в массы попала вот эта фотография: 

^{– А согласитесь, выглядит ничего. Сергей Брин.}

Она, между прочим, могла помешать компании успешно провести IPO (первичная продажа акций компании, превращение компании в публичную). Но все обошлось. Утверждается, что Сергей и Ларри любят подурачиться. 

Вы можете сказать, что это прикрытие, но у каждого из них есть жена. А значит есть своя семья.

Двадцатьтрия Сергея Брина

Однажды Сергей Брин плавал в черном купальном костюме на Багамах с Анной Войжитски, своей давней знакомой, которая плавала в белом купальном костюме. Потом они вышли из воды и поженились. Тут смеяться не надо, это не анекдот. Никто, кстати, и не смеялся, потому что в это время проходило ежегодное собрание акционеров Google, которое Брин пропустил.

^{– Опять неплохо. Сергей Брин с Анной Войжитски.}

Сейчас у Анны и Сергея растет сын Бенджи.

Анне Войжитски по душе биология и она возглавляет стартап 23andMe, в который Google инвестировал 3.9 миллиона долларов. 23 это количество пар хромосом у человека. Компания работает так:

1. Вы высылаете свои хромосомы им. А у вас хромосомы просто повсюду, куда ни плюнь.
   
2. Они рассказывают вам, какова ваша предрасположенность к болезням и ищут ваших предков и родственников.

Это может стать генетической социальной сетью. Признайтесь, вы даже не мечтали об этом. Но это здорово, отрицать не будете. Поэтому я и озаглавил эту часть «Двадцатьтрия», по аналогии с «Семья».

На этом можно было бы остановиться и вернуться к нашему президенту.

Но вся эта история с генетикой, большими деньгами, гейскими фотками, должна была рано или поздно принять зловещий оборот. Знаете где это произошло?

В каждой клетке Сергея Брина

В девятнадцатом веке Джеймс Паркинсон написал «Эссе о дрожательном параличе» – болезни, приводящей к слабоумию, галлюцинациям и другим недееспособным состояниям. Теперь эта болезнь называется болезнью Паркинсона.

Тетя Сергея была подвержена этой болезни, но медики были уверены, что она не передается по наследству. Однако, в 2008 году предрасположенность обнаружили у его матери. Тогда он решил проверить и свой геном на предрасположенность к Паркинсону. Генетика не так скучна, как математика, поэтому поясню результаты исследования подробнее.

Вся наследственная информация Сергея хранится в ядре каждой его клетки. В каждом ядре у Сергея 23 пары хромосом. У вас, вероятно, тоже, хотя бывают и отклонения. Каждая хромосома представляет собой закрученную молекулу ДНК, участки которой называются генами. 

У Сергея в каждом ядре в 12-ой хромосоме есть ген LRRK2, тоже как у вас. Но проблема Сергея в том, что у него этот ген мутантный. Возможно, прочитав это, вы подумаете, что иногда Сергей превращается в Халка и громит злодеев в Паоло Альто, но это не так. Все проще. В этом гене у него нуклеотид гуанин заменяет нуклеотид аденин. Эта мутация называется G2019S, легко запомнить.

Проблема в том, что болезнь Паркинсона все еще недостаточно изучена, потому что частично находится в тени болезни Альцгеймера, которой болеют чаще. На самом деле мутация LRRK2 не всегда ведет к болезни Паркинсона. Более того, не все больные имеют мутантный ген (да, это не одно и то же). Но по статистике, вероятность заболеть, имея такой неправильный ген – от 30 до 75 процентов. Для сравнения, среднестатистический американец может заболеть с вероятностью 1%.

Сам Брин оценивает свои шансы 50 на 50. Кроме того, есть разные способы уменьшить вероятность – плавание и гимнастика. Еще можно пить кофе, это тоже снижает шансы заболеть. Но Сергей не очень его любит и с большим удовольствием пьет зеленый чай.

В своем блоге он пишет, что ему предоставлена исключительная возможность. Он знает, чем может заболеть, он знает, каковы его шансы, он может подготовиться к наступлению болезни. Хотя, постойте, я кажется забыл еще кое-что. Ах да, у него есть 17 миллиардов долларов.

Гуглонаука и гуглотехнологии

Многие богатые люди, вдруг заболев, становятся почетными донорами денег в фонды борьбы с атакующей болезнью. Сергей Брин пошел дальше. Он выделил на изучение болезни Паркинсона 15 миллионов долларов, когда еще не заболел ею. 

Кроме того наука теперь может пользоваться его методами анализа больших массивов информации. Исследователь Джим Грей называет это «четвертой парадигмой науки» – когда у ученых так много входных данных, что без специальных инструментов по их анализу у них нет возможности делать верные умозаключения. 

И вот представьте, мы живем с вами в то время, когда на сцену выходит Сергей Брин и говорит нам: «Люди, я тут проверился, кажется у меня есть шансы заболеть болезнью Паркинсона. Но не вешайте нос, я буду финансировать это направление, кроме того, у меня есть кое-что для современной науки». И быстро уходит со сцены, потому что у него много дел.

Более подробно о нуклеотидах, мутациях, бассейнах и научных парадигмах читайте 18 июля этого года в новом выпуске журнала Wired. Угадайте, кто там будет на первой странице.

Это не делается по распоряжению

А мы стоим на аэродроме, машем нашему президенту, и он нам машет. Прилетев в Америку, он пишет в твиттер:

Мы не зануды, и читая это мы не думаем ни о коллосах на глиняных ногах, ни о распиливании чего-либо.

Но чувство такое, как будто между зубов застрял кусочек мяса и никак не можешь его вытащить. Как будто слышишь одно, а видишь другое.

Хотеть создать систему, которая впитывает людей и идеи, но обижаться на тех, кому предшествующая система отравляла жизнь – вот что непонятно некоторым людям на аэродроме.

Или вам понятно? 

See you!