Прямая речь: Пенни Мартин (The Gentlewoman)

Во время недели Cycles & Seasons в Москву с лекцией приезжала Пенни Мартин — главный редактор нового журнала The Gentlewoman (сестринского проекта Fantastic Man), профессор London College of Fashion, в прошлом — редактор сайта Ника Найта SHOWstudio. Look At Me встретился с Пенни и поговорил о том, чего не хватает женским журналам, почему скорость перестает быть главным достоинством медиа и какими станут интернет-издания в будущем.

^{Пенни Мартин}

Женских журналов, которые бы писали про интересных женщин, осталось не так уж и много. В основном журналы сейчас состоят из страниц про шопинг, а остальное — это истории про знаменитостей. А со знаменитостями есть одна проблема: все материалы про них жестко контролируются их PR-службами, так что у тебя мало возможности написать что-то уникальное. В 70-е и 80-е были хорошие журналы, посвященные преимущественно персонам, но они потихоньку ушли в прошлое. Так что у нас хороший шанс заново изобрести что-то хорошее. 

^{На обложке первого номера — дизайнер Фиби Файло, фотограф — Дэвид Симс}

Fantastic Man был придуман для того, чтобы говорить с мужской аудиторией в том же смысле, в каком традиционные женские журналы говорят с женщинами. Проблема в том, что невозможно просто взять и продублировать тот же тон в женском журнале, потому что язык, которым современные женские журналы говорят с женщинами, — вовсе не современный, а смешной и старомодный. Нам надо было придумать наш собственный интимный, ироничный и, конечно же, веселый язык, который не производил бы впечатления устаревшего. 

В The Gentlewoman мы сохранили некоторые элементы Fantastic Man — это длинные очерки, натюрморты, мода. При этом развлекательная секция в конце The Gentlewoman куда менее ориентирована на объекты, это в меньшей степени история об идеальном галстуке, носках или очках, или о том, как хитрее всего обмануть свою женщину. Та манера — совершенно мужская, она обыгрывает извечную мужскую любовь к гаджетам, к их специфическим деталям. У нас все-таки больше вот этой женской болтовни, chitchatting, теплоты женской беседы, которая традиционно присутствовала в женских журналах. 

Многие читатели говорят, что The Gentlewoman — очень прямолинейный, тогда как Fantastic Man — более изощренный, более забавный. Наш юмор, конечно, суховат. Наши интервью тоже очень специфические, очень педантичные; мы специально пытаемся говорить с людьми не про их предмет, чтобы разговор сделался более личным. Мы можем взять у модели интервью, но расспросить ее не про показы, а, к примеру, про современную скуку. Это попытка свернуть с натоптанной дорожки со знаменитостями, когда они только и делают, что отвечают на одни и те же вопросы, которые им задают на всех пресс-конференциях. 

Почему столько женщин читает Esquire, Fantastic Man, The New Yorker? Из-за журналистики. Нам надо больше стараться развлекать читателя словами. Женские журналы стали слишком визуально ориентированными. Это какая-то порнография в картинках. Для ума почти ничего нет. Огромное количество потрясающих женщин больше не хотят, чтобы к ним относились как к глупеньким девочкам, и, может быть, как раз поэтому у нас столько журналов исключительно про знаменитостей: умные женщины не желают в этих журналах появляться. Иногда нам приходилось долго убеждать наших героинь, что наш проект будет относиться к ним более серьезно. 

У интернета есть проблема: в нем довольно сложно сделать материал выдающегося качества. Сходная проблема, кстати, существует у женских журналов, где картинка преобладает над содержанием, и остается реально мало журналистского контента. Мне не хватало редакционной составляющей в модной фотографии, картинка все чаще оказывалась совершенно отрезана от своего изначального смысла и цели, а в мире модных медиа оставалось все меньше людей, которые могли бы расспросить фотографа о его съемке именно как журналисты. Мы перестаем связывать искусство со смыслом, и как результат очень много фэшн-съемок — я не говорю, что все, но много — выпускаются в интернете без какой-либо смысловой нагрузки, просто чтобы страница обновлялась. Работая в SHOWstudio, я знала, что это ограничение будет довлеть над нами еще очень долго. Хотя все движется в нужном направлении (по иронии, оно же обратное, все возвращается туда, откуда и началось): большие фэшн-компании, наконец, стали вкладывать в интернет деньги, и когда инвестиции достигнут нужного уровня, я надеюсь, в интернете появится возможность делать действительно интересный, по-редакторски уникальный контент, который подразумевает не только визуальную составляющую, но и письмо, и редактуру, и мысль, а не как сейчас, когда у тебя только картинки, картинки, картинки. 

^{DJ и журналист Princess Julia, фотограф — Бенджамин Александр Хьюсби}

Я из тех людей, которые открывают журнал на первой странице и читают его от корки до корки. У меня сложились очень личные отношения со многими журналами. Я люблю собирать их, перечитывать, вспоминать, в каком номере был тот или иной материал. И это то, чего никогда не происходит в интернете. В интернете у тебя всегда есть ощущение, что ты в любой момент можешь вернуться на эту страницу, и в то же время в глубине души ты понимаешь, что скорее всего больше никогда сюда не вернешься. В этом смысле мне очень понравился проект Дэвида Джеймса (креативного директора AnOther, арт-директора рекламных кампаний Prada. — Прим. ред.). У него сейчас проходит потрясающая онлайн-выставка Out of Print!. Так вот, она проходит до 15 мая. Вроде бы это онлайн-ресурс, и то, что в интернете, должно быть там всегда, но выставка-то — до 15 мая! 

В 2003 или 2004 году я была в Chambre syndicale — это организация, которая среди прочего контролирует расписание показов haute couture в Париже. Мы приехали к ним, так как собирались вести блог с показов и снимать все на мобильные телефоны. И они пришли в ужас. Посмотрите, что сейчас происходит — начинается показ, гаснет свет, и ты видишь сотни синих квадратиков: каждый направил на подиум мобильный телефон. Люди из Chambre syndicale тогда признались мне, что они не только не хотели бы, чтобы кто-то снимал показы на мобильный, они бы хотели, чтобы вообще все камеры любого рода были убраны, включая и профессиональных фотографов. Они хотели контролировать то, как преподносится одежда и на шоу, и даже после него. И тогда я подумала: вот сумасшедшие, пытаются натянуть поводья во времена таких быстрых перемен. А теперь я их понимаю. Ну, снимем мы одежду на мобильный, ну, выложим в интернет через час, и получается, что у нас вообще нет амбиций красиво все снять, придумать наилучший способ рассказать об изделии, об идее, объяснить, что имел в виду и о чем думал Джон Гальяно, создавая какие-нибудь невероятные туфли. Вся эта кропотливая работа в результате заканчивается дерьмовой картинкой, снятой на мобильный, — неужели это все, на что мы способны? И, может быть, действительно лучше выключить мобильные, запретить камеры, осуществить жесткий контроль — и получить фэшн-имидж, соответствующий поводу? С другой стороны, я прекрасно понимаю, как приятно уже через несколько часов знать, что было, быть в курсе даже того, что и не предназначено для нас, правда?

^{Фиби Файло, фотограф — Дэвид Симс}

То, в каком виде выходит журнал, бумажный он или онлайновый, в конечном счете не будет иметь значения. Да, конечно, вся эта история с тактильными ощущениями и с выпуском физической вещи меня тоже привлекает, так же как и более медленное, скрупулезное производство. Но мне хотелось бы тщательно продумывать материалы вне зависимости от того, на каком носителе они выходят, и не публиковать во вторник то, что придумал в пятницу. Сейчас много разговоров идет о том, какими должны быть журналы, чтобы их покупали. Появляется аспект коллекционности журнала, который привлекает многих людей. Но суть все равно лишь в одном: если делать хороший журнал, его купят, и формат тут не при чем. 

Фотография Пенни: Максим Балабин.