На игле: о моде на уколы

Бьюти-редактор Татьяна Якимова — о современной моде на инъекции.

Татьяна Якимова десять лет работала бьюти-директором L’Officiel, сейчас — шеф-редактор журнала ЦУМ и бьюти-директор журнала Sex & The City, а также колумнист L’Officiel. Считает, что лучшие друзья красоты — любовь, улыбка и подходящая косметика, а злейший враг — уныние.

Уколы – это серьезно. Было серьезно.  До сих пор помню, как 25 лет назад моя мама отлынивала от уколов, показанных ей по состоянию здоровья. С надеждой в голосе она спрашивала врача: «А может, обойдется? Может, таблеточек?» Все знали: укол — это когда нет другого выхода. Но это в так называемой обязательной медицине. А медицина необязательная — это когда делаешь уколы для красоты. Это легко, эффективно, модно. Теперь уже даже слишком модно.

С помощью инъекций убирают морщины, совершенствуют овал лица, надувают губы, просто разглаживают кожу. Это здорово, что появилась такая возможность, но грустно, что ее используют все, кому не лень. Возраст Injection Victim стремительно уменьшается. Юные девушки заимствуют у своих мам не только сумки Chanel, классические бежевые пальто и лоферы — они подсели на взрослую косметологию, не слишком в ней разбираясь и абсолютно не нуждаясь. Зачем? Почему? Тренд!

Сначала уколы стали панацеей для тех, кто ужасно хотел избавиться от морщин, но боялся пластической хирургии. Первопроходцем оказался ботокс — яд, парализующий мышцу и разглаживающий кожу над ней. Почему не уколоть ботокс, если он одним махом избавляет от морщины или складки? Противопоказания вроде бы есть, но коль скоро сами врачи себя обкалывают — значит, бояться нечего. Апофеозом ботулиномании стали так называемые «ботокс-вечеринки» — когда светские дамы собирались на бокал шампанского и вызывали одного доктора на всех.

Тем временем обычные врачи — которые, очевидно, завидуют доходам врачей красоты — начали бить тревогу: о последствиях регулярных инъекций яда, который, как ни крути, попадает в кровь, пока известно слишком мало. И надо все-таки двадцать раз подумать, прежде чем решиться на такое. Тем временем за зрелыми матронами на яд подсели девушки помоложе. И не только на яд. Сегодня двадцатипятилетняя девушка приходит в косметологическую клинику, где ей с серьезным видом могут сказать: «Вам показана мезотерапия — для цвета лица».

Я не ханжа. И не противница инноваций. Но зачем улучшать цвет лица уколами, когда тебе всего 25 лет? Занимайся спортом, проводи выходные на природе, высыпайся, наконец. Зачем пускать в свою жизнь (и в свое лицо) шприц с иголкой, если для этого нет никаких серьезных причин? И кто на самом деле двигатель инъекционного прогресса? Глянцевый рынок? Фотошоп? Голливуд? Или страх перед возрастом, который в наше время не терзает, кажется, только младенцев в коляске?

Я пишу о beauty-инъекциях уже 15 лет, и чем дальше, тем сильнее меня одолевают грустные сомнения. Одержимость современных женщин — молодых, красивых, успешных, образованных — уколами красоты становится сродни наркомании. Я не преувеличиваю: в моем окружении всего один настоящий наркоман, а число подруг и знакомых, подсевших на инъекции ботокса, гиалуроновой кислоты и разных мезотерапевтических коктейлей перевалило за сотню. В этой сотне дай бог человек двадцать, которые реально не просто имели ярко выраженные морщины, а страдали от них. Другие двадцать выводят морщины просто за компанию — все-таки в двадцать первом веке живем! У всех остальных морщин нет. Есть плохой цвет лица, недостаточно пухлые губы, зачатки двойного подбородка, носогубные складки. Недостатки, с которыми в XXI веке жить якобы нельзя. Или все-таки можно?