«Красный штат»: Ангелы ада

Сегодня на фестивале «Амфест» и через неделю в российском прокате показывают новый фильм Кевина Смита «Красный штат», в котором культовый комедийный режиссер, снявший «Клерков», «Догму» и «Преследуя Эми», внезапно обращается к жанру религиозного хоррора. Обозреватель блога Buster Миша Дегтярев посмотрел фильм и попытался оценить, насколько хорошо Смиту удается рассказывать истории без дежурной иронии.

В начале девяностых Кевин Смит жил в доме родителей, писал истории про людей вокруг себя и снимал малобюджетное кино. Интересный юмор, откровенные темы и оригинальный взгляд на реальность сделали из Смита культового независимого режиссера с репутацией «не глупо, но развлекает». В нулевых он существовал в очень комфортных условиях, развивал свои старые идеи и снимал милые и по большей части непримечательные фильмы. В десятых же режиссер уже успел оскандалиться из-за своего веса, открыто заявить, что начал употреблять марихуану, и, к общему удивлению, снять вместо очередной вариации на тему «Клерков» религиозный триллер «Красный штат», чья завязка жутко интриговала и обещала выйти за рамки привычных голливудских шаблонов.

После просмотра «Красного штата» невозможно отделаться от ощущения, что Смит нашел отличную среду для сюжета, но из-за того, что всю жизнь снимал комедии, не смог развить ее до по-настоящему захватывающей формы. Фильм выходит аккурат после того, как в США набожные республиканцы взяли в политические заложники правящих демократов, поставив страну и весь мир на грань очередного кризиса. Именно в их программе звучат гомофобские лозунги, а в качестве борьбы с финансовыми трудностями предлагается массовая молитва. Более того, в американской мифологии еще надолго останутся действия таких лидеров культов как Джим Джонс, чье феерическое безумие заслуживает как минимум нескольких экранизаций. И если рассуждать в этом ключе, то «Красный штат» останется в истории американского кино как фильм на животрепещущую тему.

Но ухватив дух времени, Смит лишился своих привычных инструментов: иронии, чье присутствие можно заметить лишь в начале картины, и маленьких человеческих историй, вынесенных за скобки из-за выбранного размаха. «Красный штат» скачет из хоррора в триллер, забегая на территорию политической драмы, и на поворотах постоянно теряет главных героев. Подростки, находившиеся в центре сюжета в первые полчаса, к середине играют роль мертвых статистов. Пастор в конце концов берет в руки автомат и мутирует из велеречивого пророка в косноязычного рэмбо, а вменяемый поначалу федеральный агент на месте ритуальных убийств теряется в свисте пуль и нерациональных решений.

К концу фильма, после весьма увлекательной и приятно снятой перестрелки, становится несколько неловко. Финал «Красного штата» решается диалоговой сценой, где разжевывается, что все-таки произошло в хаосе пальбы. Прием в принципе сомнительный для любого драматического произведения именно здесь выглядит как досадный промах. И хотя концовку легко объяснить тем, что Смит не хотел выбирать какую-либо из сторон и что все участники конфликта ведут себя как полные идиоты, подобный подход практически всегда работает в комедии, но в жанрах посерьезнее требует более искусного обращения. В итоге отстраненность Смита превращает картину в актуальную, но механистическую трагедию, чей саспенс и драма проигрывают по накалу чтению энциклопедической статьи об осаде «Маунт Кармел».