Views Comments Previous Next Search
Джереми Вольф о том, почему нам трудно сосредоточиться — Как это работает на Look At Me

Как это работаетДжереми Вольф о том, почему нам трудно сосредоточиться

«Корпорации занимаются исследованиями и ничего не рассказывают о них»

Джереми Вольф о том, почему нам трудно сосредоточиться. Изображение № 1.

материал подготовил
Артём Лучко

 

На этой неделе в НИУ ВШЭ прошли лекции Джереми Вольфа —  профессора Гарвардского университета, который занимается изучением зрительного внимания. Мы пообщались с одним из главных специалистов в этой области, и узнали, как мы распознаем людей на фотографиях с вечеринки и почему мы не можем найти ключи, которые лежат у нас прямо перед носом.

   

Джереми Вольф

Профессор Гарвардского университета

Джереми Вольф о том, почему нам трудно сосредоточиться. Изображение № 2.

Чем больше вы будете играть в игры на память или разгадывать судоку, тем лучше вы отточите мастерство лишь в этом конкретном занятии

 

   

 

 

Почему мы такие невнимательные

 

 

Наше внимание работает довольно избирательно. Нам это просто необходимо, потому что вокруг слишком много информации. Плюс у нас существуют разные виды внимания и различные области психической жизни, так что всего чересчур много. Я же изучаю зрение, поэтому могу говорить только о зрительном внимании. Если говорить о нём вкратце, то вы не можете распознавать несколько лиц или сосредоточиться на двух текстах одновременно.

Что любопытно, у каждого из нас также есть свои представления о зрительном восприятии. Например, вы не можете найти ключи, потому что вы не уделили внимание этим ключам. Вам кажется это очень странным, вроде бы они лежали прямо перед вами на столе, но сосредоточить своё внимание на них у вас не получилось. Также бывают случаи, когда, даже сосредоточившись на чём-то, вы можете опять этого не заметить. Происходит это, если объект выглядит неожиданным образом. Грубый пример: если вы ищите свою кошку, а она вдруг стала зеленой, вы её не увидите.

 

 

Многозадачность — это миф

 

 

Вы можете уделить внимание максимум двум вещам. Иногда вы можете разделить зрительное внимание, но оно будет ограничено очень простым кругом задач. Например, я буду нажимать на кнопку, и по бокам от вас будут зажигаться огни — справа и слева. Вы сможете периферийным зрением следить за ними одновременно. Но если я поеду на машине и буду разделять своё внимание между видом из окна и телефоном, на котором я пишу сообщение, — ничего не выйдет. Другими словами — многозадачности не существует. То есть по сути многозадачность в привычном смысле — это умение переключаться между разными делами. Люди со временем могут натренировать себя очень быстро переходить от одной задачи к другой. Но нет ни одного свидетельства того, что это помогает делать что-то качественно лучше. В одном случае, если вы будете постоянно отвлекаться, вы сможете себе только навредить, в других это может сойти вам с рук. Конечно, если я еду по пустому хайвею, я могу отвлечься, посмотрев в окно или сменив радиоволну, и со мной всё будет в порядке. Но в московском пригороде это вряд ли бы удалось, и я обязательно куда-нибудь бы врезался. Вообще люди не так хороши в многозадачности, как они думают.

 

 

Можем ли мы стать более эффективными?

 

 

Вы можете натренироваться делать практически что угодно. Проблема заключается в том, что мы называем «переносом обучения» (Эффект, согласно которому знание или умение, приобретённое в одной области, влияет на решение проблем или приобретение знаний в других областях. — Прим. ред.) Представьте, что у вас на работе постоянно имеется не менее двух задач, между которыми вам постоянно приходится переключаться. В результате вы справляетесь с ними всё лучше и лучше. Но если вы вдруг поверите, что стали гением многозадачности, и решите постоянно писать сообщения, находясь за рулем авто, — ничего хорошего не выйдет.

В США последнее время часто рекламируются продукты (чаще это видеоигры и приложения), которые якобы помогают увеличить ваши когнитивные возможности и улучшить функции внимания. Многие создатели игр обещают, что вы не будете с возрастом терять память. Однако большая часть свидетельств говорит, что, чем больше вы будете играть в эти видеоигры или разгадывать судоку, тем лучше вы отточите мастерство лишь в этом конкретном занятии.

Единственное, что влияет на улучшение когнитивных функций, — физические упражнения. Если вместо того, чтобы проехать пару кварталов на машине, вы прогуляетесь (безо всяких умственных нагрузок), это уже пойдет вам на пользу. Всё это в основном связано с кровообращением. Например, моей маме уже больше 80 лет, и она стареет. Утратит ли она свои умственные способности полностью? Если она захочет вложить деньги во что-то, то я ей посоветую потратить их на спортзал, чем на какие-нибудь игрушки-головоломки.

 

Джереми Вольф о том, почему нам трудно сосредоточиться. Изображение № 3.

Вот эти ребята занимаются исследованиями. Но, конечно, они не рассказывают
ничего о них

 

   

 

 

Как исследования внимания влияют
на интернет, маркетинг и рекламу

 

 

Когда интернет был совсем юн, кто-то вдруг понял, что, если сделать мигающий баннер, то он привлечёт внимание к верхней части страницы и все кликнут по ссылке. Вероятно, они узнали об этом из научной литературы о зрительном внимании или, может, просто додумались до этого сами. Но уже через полгода на всех сайтах появились мигающие баннеры, и пользователи быстро научились их игнорировать. Стало даже хуже — они начали всех злить.

Джереми Вольф о том, почему нам трудно сосредоточиться. Изображение № 4.

Если мы посмотрим на ценники в супермаркетах, где говорится о распродаже, то все они имеют особенную отметку или цвет, который у всех ассоциируется с распродажей. И они действительно привлекают наше внимание. Но я не думаю, что тот парень, который их придумал, изучал в колледже психологию внимания. Сейчас же эти процессы изучают такие гиганты, как Google и Amazon, и, если я могу себе позволить провести эксперимент среди 10–20 человек, то Google ставит эксперименты над миллионами людей.

У Google, например, есть платная реклама, и она всегда отображается в одном определённом цвете. Как они узнали, какой именно цвет использовать? Они разбили миллион человек по тестовым группам: одним достался бледно-зелёный, другим — ярко-голубой, третьим — жёлтый и т. д. В результате были обнаружены крошечные различия в реакции глаз и количестве кликов. Но эта крошечная разница выражается в миллионах долларов для корпорации. Вот эти ребята и занимаются исследованиями. Но, конечно, они не рассказывают ничего о них. И люди, получающие психологическое образование, если не идут в академическую науку, то все они начинают работать на крупные корпорации. Эти таланты там очень ценятся.

 

 

Как работает наш зрительный поиск

 

 

Представьте, что вы решили пообедать со своей мамой, и она попросила вас принести со шведского стола немного креветок, банан и апельсин. Чтобы сделать это, вам придётся удержать этот набор в голове, а затем наложить его на зрительный мир. То есть вам нужно координировать процессы зрительного поиска и поиска в своей памяти. Это называется гибридным поиском, и ему было посвящено много исследований в 60-х годах. Тогда ученые ставили эксперименты на запоминание слов и цифр и выяснили, что процесс поиска, выраженный в математике, — это линейная функция, зависимая от количества элементов. То есть чем больше набор, тем больше времени у испытуемого уходит на поиск.

Джереми Вольф о том, почему нам трудно сосредоточиться. Изображение № 5.

↑ 1909 год. Психологическая конференция в США

Но представьте ситуацию, когда у вас есть тысячи друзей в «Фейсбуке», и вдруг кто-то опубликовал фотографию с вечеринки, на которой изображена сотня человек. Вы захотели узнать, кто из ваших друзей был на ней. Если бы ваш поиск работал линейно, то, чтобы распознать, кто есть кто на этом снимке, у вас бы ушло 40–50 минут, а в реальных обстоятельствах у нас на это уходит 30–40 секунд. Как это происходит? Дело в том, что мы намного лучше запоминаем картинки. Мы можем запоминать сотни, тысячи и даже десятки тысяч образов и затем с точностью до 95 % их узнавать в потоке новых и старых изображений, и ограничений по объёму запоминания практически нет.

Мы проводили серии экспериментов, суть которых заключалась в следующем: испытуемым предлагалось запомнить набор объектов, а затем в другом наборе, который также мог состоять из разного количества элементов, требовалось найти объект, который был в предыдущем. График, на котором отображается время реакции в зависимости от размера набора для запоминания, имел не линейный вид, а искривлённый, который соответствует логарифмической функции.

Видимо, именно этот механизм спасает нас от «фейсбучной катастрофы». То есть на самом деле скорость нашего поиска пропорциональна не количеству объектов, которые хранятся у нас в памяти, а логарифму этих объектов. В действительности поиск гораздо быстрее и ускоряется по мере того, как растёт количество элементов для запоминания.

 

фотографии: Лена Цибизова

Рассказать друзьям
6 комментариевпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.