Views Comments Previous Next Search
«В интернете не должно быть никаких ограничений» — Интервью на Look At Me

Интервью«В интернете не должно быть никаких ограничений»

Создатели Apparat о новом общественном устройстве, цифровых гражданах и свободе

«В интернете не должно быть никаких ограничений». Изображение № 2.

Фотограф

Наталья Горячева

 10 июля запускается обновлённая версия онлайн-издания Apparat. Теперь оно будет рассказывать не о мобильных приложениях, а о том, как общество меняется под влиянием технологий. Мы поговорили с членами редакции о том, как создать новое медиа за два месяца и почему издания о свободе не хватает именно сейчас. 

   

 Apparat

Артём Игнатьев,
Сергей Пойдо, Михаил Левин,
Олеся Шмагун, Андрей Миронов

«В интернете не должно быть никаких ограничений». Изображение № 3.

Сегодня все события происходят в виртуальном общественном пространстве и только потом выходят в физический мир

 

   

 

 

Почему Apparat надо было перезапустить и как вы придумали его заново?

Пойдо: Четыре года назад мы вместе с Артёмом Игнатьевым запускали The Village. В момент запуска городом правил Лужков — поверить в какие-либо реальные изменения было довольно сложно. И тут запускается The Village и начинает писать про то, что всё возможно, что город можно переделать своими руками, про подход «снизу». То есть предлагает довольно радикальную и оптимистичную позицию — хочешь изменить город, делай это самостоятельно, не дожидаясь ЖЭКа, городской администрации или мэра. Уровень ожиданий горожан был настолько низкий, что чего ни сделай — проект с велодорожками и парковками или какой-нибудь материал про новые гастрономические кафе — всё вызывало очень тёплую реакцию. Потом я занялся городскими преобразованиями уже в физическом пространстве, делал несколько проектов вместе со «Стрелкой», а Артём запустил Apparat, медиа про приложения. Это было интересное, но немного нишевое издание. Как-то мы встретились и решили, что было бы здорово переделать Apparat и превратить его в сайт про новое общественное устройство, про общество, про то, как оно меняется под влиянием современных технологий.

Если The Village был про то, как человек выходит в физическое общественное пространство, начинает себя осознавать горожанином в этом пространстве и менять город, то Apparat рассказывает про виртуальное общественное пространство, про виртуального горожанина. Нам кажется, что сегодня все события происходят именно в виртуальном общественном пространстве и только потом выходят в физический мир, в общественное пространство города. И мы следим за тем, как виртуальное общественное пространство теперь конструирует физическое.

Читатель The Village — это горожанин, который хочет менять пространство вокруг себя. А для кого будет новый Apparat?

Левин: Мне кажется, что наш читатель — это digital native, «цифровой гражданин», человек, который вырос в окружении цифровых технологий. Для него это обычная часть реальности, которая не появилась неожиданно и не является чудом, как для его родителей. Нам кажется, что этим людям свойственен определённый набор ценностей: они верят, что в интернете должно царить равноправие и что в нём не должно быть никаких ограничений — это ценности, которые были в Сети с момента возникновения.

Шмагун: Миша (Левин — Прим. ред.) считает, что наша аудитория — это digital natives, но мне кажется, это не совсем так. Многие люди, такие как я, не являются digital native, но технологии влияют на их жизнь очень сильно. Мне постоянно говорили о том, что в ближайшие 10 лет что-то произойдёт, и технологии изменят всё. Я не верила в это до последнего момента: думала, что у меня просто появился айфон и я теперь пишу сообщения, вместо того чтобы позвонить кому-то, прокручивая диск на телефоне. Для меня Apparat — это возможность задавать вопросы о том, что действительно произойдёт. Современные философы и социологи говорят о переменах, но я пока в этом процессе не участвую, но понимаю, что есть возможность быть не просто наблюдателем, но и участником этих изменений. Если у нас получится, мы поможем другим людям разобраться в том, что происходит.

Мне кажется, есть много примеров, которые показывают, что интернет может быть инструментом для людей, которые имеют противоположные ценности.

Пойдо: Понятно, что на городской площади может проходить санкционированная акция, а может — несанкционированная, может собраться любая партия или общественное движение, её может использовать кто угодно. Плохо это или хорошо? Хорошо. Это и есть свободное общество. А ещё таким образом ты видишь, что происходит вокруг — это может тебе не нравится, но эти люди живут с тобой в одной стране или в одном городе. Вот они — познакомься с ними.

«В интернете не должно быть никаких ограничений». Изображение № 4.

 

Прежний Apparat много писал о Джеффе Безосе, Джеке Дорси и других известных людях из технологической индустрии. Кто будет героями новой версии издания?

Пойдо: Наш герой — это человек, который говорит про общество, его устройство и его будущее и реально меняет его. 

Левин: Мне кажется, одна из характеристик нового времени — что сегодня это может быть абсолютно любой, а его идеи или действия будут вирусным образом разнесены по всему миру. Так что это может быть как Ларри Пейдж или владелец Silk Road, так и мир коммунистической коммуны в Испании или жители острова Джерси, которые решили вдруг построить у себя криптоанархистский рай.

На вашей странице в Facebook есть несколько тизеров с лонгридами. Будет ли это основным форматом нового Apparat?

Левин: Мы не дискриминируем форматы. Если мы хотим конкурировать со всеми остальными, то мы должны использовать все: для одних историй подойдут лонгриды, для других — эссе, списки или новости.

Пойдо: Кроме того, мы хотим быть площадкой для высказываний разных сообществ.

Как вы относитесь к новым российским законам, касающимся интернета?

Пойдо: Во всём мире происходит одно и то же. Государства упустили момент развития интернета, и идеи свободы и индивидуализма распространились по всему миру. Что сейчас происходит? Столкновение старой вертикальной иерархической модели управления с горизонтальной, сетевой. Россия не является исключением. Каждого человека в сети стало видно, каждый получил право голоса и каждый может связаться с единомышленником и начать свой бизнес-проект или общественное движение. Люди сами конструируют своё будущее и создают новые институты, а значит, они заступают на территорию государства. Про всё это будет писать новый Apparat: и про Россию, и про глобальные процессы.

Левин: То, что происходит в России и в других странах — от Америки до Китая, — это как раз сигнал, показывающий, что нужно запускать издание, которое будет писать о том, что происходит. Мы вступаем в период глобальной нестабильности, изменения баланса сил, изменения правил, государственных законов, общественных институтов — именно это нас и интересует. Мы следим за этими сигналами: утечками Эдварда Сноудена, событиями на Ближнем Востоке и в Азии, новыми законами в России. Мы хотим стать изданием для сетевых граждан, которое бы рассказывало им о таких вещах, потому что они их касаются.

«В интернете не должно быть никаких ограничений». Изображение № 5.

Мы не технологические утописты и не верим в то, что в ближайшие 10–20 лет технологии приведут ко всеобщему процветанию

 

   

 

 

Звучит утопично. Вы действительно верите в победу технологий над государственными структурами?

Левин: Мы не технологические утописты и не верим в то, что в ближайшие 10–20 лет технологии избавят нас от голода и других проблем и приведут ко всеобщему процветанию, а мы будем лежать в лежаках и наслаждаться жизнью. Мы думаем, что прогресс неизбежен, влияние технологий на современное общество и государство будет только расти, но это будет сложный эволюционный процесс с реакционистскими движениями со стороны традиционных институций. Именно поэтому за этим будет интересно наблюдать. Я думаю, что самое главное, что нужно делать — как обычным людям, так и политикам и главам технологических компаний, — это начать диалог об этих процессах, потому что технологические изменения, которые произойдут в ближайшие сто лет, будут гораздо сложнее того, что происходит сейчас, и нам нужно как можно больше говорить об этом друг с другом.

Cвоими объяснениями славится издание Vox.com. Что, помимо Vox, вам нравится? Были ли какие-то примеры, от которых вы отталкивались?

Левин: Да, я большой фанат Эзры Кляйна, который придумал Vox. Мне кажется, он хорошо почувствовал момент, когда мы оказались в бесконечном потоке новостей из социальных сетей, но мы лишены контекста, и он пытается его предоставить. Также я бы отметил The Upshot — проект NYT, который объясняет сложные социальные явления с помощью красивых графиков. Ещё мне нравится проект Нейта Сильвера FiveThirtyEight, использующий статистику, для того чтобы рассказывать истории. Кроме того, для меня вдохновением служат ребята из Vocativ. А вот The Verge, который всем нам так нравился и так сильно на всех повлиял, в последнее время скатывается в сторону clickbait-заголовков, и это грустно — такого и так слишком много в интернете.

Многие медиа, которые вы перечислили, создавались не только журналистами, но и программистами, и другими профессионалами из мира технологий. Есть ли в команде Apparat такие люди?

Пойдо: Мы работаем в пространстве, в котором сидит ещё 3 стартапа, и это важно для нас, потому что если ты находишься вне этой среды, ты не поймёшь, что происходит. Кроме того, я сам делаю один из этих стартапов — Stampsy.

Левин: Безусловно, у нас нет суперкрутой технологической платформы, которая есть у Vox Media, но просто думать, как технологическая компания, — это важно.

Пойдо: За основу мы намеренно взяли WordPress. Мы хотели запуститься быстро, сделать бесплатно и дизайн и программирование — и в этом наше высказывание или манифест про свободу, новые медиа и новый интернет. Мы хотим показать, что ты можешь за месяц собрать своё собственное СМИ, воплотить в жизнь его большую идею, обратиться к десяткам тысяч читателей и сформировать новое медиаполе.

«В интернете не должно быть никаких ограничений». Изображение № 6.

Мы хотим показать, что ты можешь за месяц собрать своё собственное СМИ и сформировать новое медиаполе

 

   

 

 

Расскажите, пожалуйста, про команду Apparat.

Левин: В редакции четыре человека, и, кроме того, у нас много внештатных авторов. У нас необычный технократический взгляд на происходящее, мы хотим писать о политике, экономике и обществе и делать это для digital natives, на их языке и с их взглядом на вещи. Многие люди из технологической журналистики не заинтересованы в этих темах, а многие люди из гуманитарной журналистики не хотят иметь ничего общего с технологическим ракурсом. Именно поэтому мы решили, что нам нужно брать молодых ребят. Некоторые работают в других городах дистанционно. Многие из наших авторов никогда не занимались журналистикой. 

Будут ли у Apparat офлайн-проекты?

Игнатьев: Да, у нас есть один офлайн-проект: мы проводим хакатоны. Это события, на которых собираются социологи, журналисты, программисты и дизайнеры и вместе думают над решением какой-нибудь проблемы.

Пойдо: За основу взят принцип хакатона, но мы называем этот формат НИИ. На два дня открываем исследовательский институт, который решает одну поставленную задачу. Мы уже протестировали формат. За два дня мы провели команду дизайнеров, разработчиков и менеджеров через design process, исследовали одну заданную проблему и сделали четыре работающих прототипа. Наше НИИ — не про соревнование и не хак какого-то API, а решение проблемы, которую исследуют профессионалы, прототип работающего продукта. Результаты первого НИИ скоро опубликуем на Apparat.

Как Apparat будет зарабатывать?

Пойдо: Это главный вопрос для всех медиа сейчас — как им монетизировать себя. Вот Марк Андрисен пишет про 8 работающих бизнес-моделей. Можно попробовать каждую из них. А если серьёзно, то, у нас, конечно, будут и спецпроекты, и баннеры, возможно, будем пробовать подписку или краудфандинг. Но вообще — мы сидим сейчас такие крутые и рассуждаем про способы монетизации или про то, как испортился The Verge. И это немножко смешно, потому что Apparat — это эксперимент по созданию нового медиа. Собрались несколько единомышленников и делают то, во что действительно верят.

Чему вас научили предыдущие проекты и как это отразилось на новой версии Apparat?

Левин: В Forbes я работал рядом с очень крутыми, опытными, по-настоящему смелыми и независимыми журналистами. Вот некий образ идеального журналиста, который есть у меня в голове и которому я пытаюсь соответствовать, был сформирован именно там. «Слон» же очень сильно повлиял на мои личные вкусы и взгляды — о чём нужно писать, как это делать. Мне кажется, что Apparat будет немного на него похож. «Слон» всегда старался объяснить происходящее в мире через призму экономики, Apparat хочет делать то же самое — только через призму технологий и для более молодой аудитории.

Пойдо: Когда мы запускали The Village, из всей редакции опыт работы в журналистике (притом довольно скудный) был только у меня. Выпустить один текст было целой проблемой. Но сейчас весь первый состав The Village вырос до каких-то серьёзных должностей и титулов. Вот пример: Даня Трабун стал главным редактором «Афиши», Аня Масловская — фактически главный российский ресторанный критик, Оля Полищук сделала хороший проект про краудсорсинг «Чего хочет Москва». Ещё есть Partizaning, Recycle mag — это тоже дело рук первого состава редакции. Мы были такой маленькой школой новой журналистики. Этим сейчас по сути является Look At Media. Хотелось бы произвести что-то подобное и в Apparat.

Рассказать друзьям
1 комментарийпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.