Views Comments Previous Next Search

Я верю, что игра актёров, сценарий и логика ничего не значат

Гриша Пророков призывает перестать говорить про «плохую актёрскую игру», «неудачный сценарий» и другие упрощённые элементы, от которых теряется целое в кино и в искусстве.

Я верю, что игра актёров, сценарий и логика ничего не значат. Изображение № 1.

 

На прошлой неделе я ходил в кинотеатр «Пионер» смотреть свой самый любимый фильм — «Бегущий по лезвию». (Да, это второй раз, когда я пишу о показе старого фильма в «Пионере» — но я так провожу время, что поделаешь.) Пишу без преувеличения: для меня есть все остальные фильмы, и есть «Бегущий». Если вдруг не знаете: это научно-фантастический фильм Ридли Скотта 1982 года, о том, как Харрисон Форд охотится за очень похожими на людей андроидами.

Я его уже успел немного забыть, так что был рад посмотреть на большом экране — и немного удивился тому, что увидел. Дело в том (это, справедливости ради, ещё заметил у себя на фейсбуке один мой хорошо разбирающийся в кино знакомый), что в этом фильме довольно плохо сделаны все основные элементы кино. Актёры играют так себе (Харрисон Форд, например, ругался со Скоттом и был очень недоволен съёмками). В сценарии полно дыр и не самых логичных моментов — например, много дурацких клише из нуара вроде очень сомнительных улик. Диалоги местами по-настоящему неловкие. Музыка, написанная Вангелисом, — ужасно пошлая (хотя я её очень люблю, так что тут немного лукавлю). Если смотреть на все составляющие по отдельности, это должен быть чудовищный фильм. Но нет — он великий. И всё ещё мой любимый.

В кибернетике и вообще науках о системах есть такая идея: сложную систему невозможно объяснить через сумму её элементов. То есть, если вы собираете что-то сложное, в этой системе появляется что-то дополнительное, новый уровень, что-то большее, чем просто все элементы, собранные вместе. В искусстве так получается самая настоящая магия: из непонятно чего собираются великие произведения. С «Бегущим» происходит именно это.

Я верю, что игра актёров, сценарий и логика ничего не значат. Изображение № 2.

 

 

«Не знаю, как эта система работает, но посмотри,
какие красивые огоньки»

 

 

Очень часто, говоря об искусстве, и особенно о кино, мы упускаем этот закон — и всё упрощаем. Плохой фильм пытаемся объяснить ничего не значащими репликами вроде «плохая актёрская игра», «скучный сюжет» и так далее. Так упрощая искусство, мы упускаем что-то важное. Можно взять, например, фильм «Комната» — многие считают его худшим фильмом в истории. Его снял в начале 2000-х человек по имени Томми Вайзо — причём, по его словам, он заработал на съёмки тем, что продавал кожаные куртки. Это пошлейшая история об измене и ревности — и в этом фильме всё ужасно. Нелепый сценарий, странная игра актёров, всё сделано очень дёшево и плохо; а ещё там сразу несколько чудовищных постельных сцен. В то же время это культовый фильм, у него есть своя армия поклонников. Я, например, вообще не считаю его плохим. Смотреть «Комнату» — интересный опыт, и фильм своим странным языком даже рассказывает какую-то историю.

Поэтому нужно мыслить сложнее. Не стоит цепляться за актёрскую игру или простые внешние элементы, когда вы хотите объяснить, почему вам что-то не понравилось. Иногда можно просто сказать, что вам не нравится — этого достаточно. Я, например, не люблю «Криминальное чтиво». Почему? Он просто мне совсем не по душе — мне этот фильм кажется постмодернистским в плохом смысле, он снят как будто с фигой в кармане, с большим количеством подмигиваний. Но упирается всё просто в то, что мне не нравится.

Я верю, что игра актёров, сценарий и логика ничего не значат. Изображение № 3.

 

 

«Этот фильм о деньгах, отражающийся в моих очках,
мне не по душе»

 

 

Но как тогда говорить и размышлять о сложных системах? Один из вариантов (их должно быть много, наберите себе разные инструменты): есть универсальная идея, которая распространяется на всё искусство. То, что мы привыкли называть словом ритм. Оно несколько ограниченное, потому что в западной культуре с ним связаны определённые коннотации — в первую очередь музыкальные. Но в любом хорошем произведении — музыки, кино, литературы, чего угодно — есть свой ритм. Он может быть сбивчивый, неровный, странный, но если он работает — то работает и всё остальное.

Ужасно пытаться объяснять сложные идеи через иностранные слова (особенно азиатские), но ничего не могу поделать: это слово мне очень нравится. Одно из японских слов, обозначающих ритм, звучит как хёси, дословно это переводится как «хлопок ладонями ребёнка». Это универсальное обозначение ритма, который есть во всём: в приливах и отливах, в смене дня и ночи, в гудках телефона, в отношениях людей и гуле стиральной машины. Ритм — широкое понятие.

Я верю, что игра актёров, сценарий и логика ничего не значат. Изображение № 4.

 

 

«Я чувствую ритм ужасной шляпы
и солнечных очков!»

 

 

И вот этот неуловимый всепоглощающий ритм — то, почему «Бегущий по лезвию» — это великий фильм. В нём всё безупречно работает вместе: музыка, история, слова и интонации, кадры, цвета — всё ритмически складывается в идеальную систему. У Ридли Скотта в то время вообще было чутьё на такие вещи: за несколько лет до того он снял ещё один фильм с безупречным внутренним ритмом — «Чужой». Когда внутри произведения всё идеально складывается, когда у него есть внутренняя логика и ритм (именно внутренняя — на логику внешнего мира можно не обращать внимания), то всё работает. И это гораздо важнее, чем то, на что мы привыкли обращать внимание — игра актёров, сюжет, экшен-сцены и так далее.

изображения via shutterstock.com: 1, 2, 3

Рассказать друзьям
9 комментариевпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.