Views Comments Previous Next Search
Почему роботы скоро займут ваше рабочее место — Интервью на Look At Me

ИнтервьюПочему роботы скоро займут ваше рабочее место

Ученый Бенджамин Брэттон о том, как искусственный интеллект изменит общество

Почему роботы скоро займут ваше рабочее место. Изображение № 1.

интервью
Анна Савина

20 июня в рамках фестиваля «Книги в воздухе» в институте «Стрелка» выступил Бенджамин Брэттон — знаменитый теоретик медиа и директор Центра дизайна и геополитики в Калифорнийском университете Сан-Диего. Перед лекцией, посвящённой искусственному интеллекту, мы расспросили учёного о том, как «мыслящая» техника может изменить нашу культуру и повседневную жизнь. 

   

Бенджамин Брэттон

учёный, директор Центра дизайна и геополитики в Калифорнийском университете Сан-Диего

Почему роботы скоро займут ваше рабочее место. Изображение № 2.

В будущем 75 % рабочих мест
в Великобритании может быть
заменено роботами

 

   

 

Почему вы начали исследовать искусственный интеллект? Что интересует вас больше всего?

Во-первых, я хочу понять, как искусственный интеллект отличается от человеческого мышления, и как он влияет на наше отношение к тому, что такое разум. Это особенно сложно, потому что современный взгляд на это явление отличается от того, как искусственный интеллект воспринимался в прошлом. Недавно программа, которая притворялась украинским мальчиком, прошла тест Тьюринга, но это совсем не значит, что роботы захватят мир, потому что Тьюринг по-другому представлял себе искусственный интеллект. Наша проблема заключается в том, что мы сравниваем его с человеческим разумом, но он кардинально отличается от нашего мышления. Именно поэтому непонятно, как взаимодействовать с искусственным интеллектом. Мне кажется, что изучая его, мы лучше поймём, что такое мышление.

Во-вторых, меня интересует влияние искусственного интеллекта на экономику. Недавно экономисты из Оксфорда провели исследование, которое показывает, что в будущем 75 % рабочих мест в Великобритании может быть заменено роботами. Каким будет общество с уровнем безработицы 75 %? В «Государстве» Платона всю работу выполняет отдельный класс людей. Такие истории есть и в утопиях писателей XIX и XX веков: все они представляли общество, в котором труд автоматизирован. С другой стороны, мы можем представить такое общество, посмотрев на то, что происходит в Детройте, бывшем центре машиностроения, где большинство рабочих мест было заменено роботами. Мы видим, что освобождённые от работы на заводе люди не счастливы и живут, скорее, в воплотившейся в жизнь антиутопии. Именно поэтому мне кажется, что мы должны изучать то, как искусственный интеллект меняет природу труда, — это важнейший вопрос для политической и экономической теории на ближайшие 15 лет.

   

Популярная лекция Брэттона на конференции TED

 

Кроме того, важно понимать, что пока нам трудно представить формы искусственного интеллекта. В моём представлении он похож на HAL-9000 из фильма «2001: Космическая одиссея» Кубрика, то есть на внеземной интеллект, который пытается общаться с людьми, но у нас нет ничего общего, чтобы установить связь. К компьютерам с искусственным интеллектом не применимы те принципы коммуникации, к которым мы привыкли: у нас нет общих понятий, метафор, опыта и способа восприятия мира.

Как искусственный интеллект изменит наше отношение к человеческому разуму?

Это именно тот вопрос, который мы должны исследовать. Мы думаем, что наши мысли зависят от того, как мы воспринимаем объекты и события вокруг нас и какие эмоции они вызывают, но последние исследования нейробиологов доказывают, что это совсем не так, как работает мозг. Мысли, идеи, воспоминания не являются главными компонентами мыслительного процесса. Кроме того, несмотря на то что в западной философии было строгое разделение на рациональные и эмоциональные решения, на химическом уровне между ними нет различий. Ясно, что искусственный интеллект тоже оперирует совсем по-другому. Мне кажется, что нейробиология и искусственный интеллект произведут что-то, похожее по масштабу на открытие Коперника, и тогда мы поймём, что человеческая мысль — просто результат физических процессов в нашем теле. Поэтому я думаю, что мы не должны создавать искусственный интеллект на основе наших представлений о человеческом мозге: многочисленные попытки показали, что это не работает.

 

   

 

У современной техники есть собственный визуальный язык и эстетика

 

   

 

 

Как вы думаете, какое место в будущем будут занимать антропоморфные роботы?

Я думаю, что появится огромный рынок андроидов. Уже сейчас мы видим три популярных направления: роботы для детей, для пожилых людей и секс-куклы. Некоторых людей смущает, что вместо человеческой помощи детям и старикам предлагают общаться с машинами, но, например, в Японии, роботы нужны потому, что в этой стране очень строго регулируется поток эмигрантов, и роботы выполняют работу, которой в США занимаются приезжие, согласные на низкооплачиваемый труд. Мне кажется, будет здорово, если мы научимся налаживать такие отношения с роботами и существами, не похожими на людей, которые будут значимыми и основанными на эмпатии. Это может быть хорошим уроком для нас — мы должны заботиться о мире, в котором живём.

Почему роботы скоро займут ваше рабочее место. Изображение № 5.

 

Как искусственный интеллект и другие новые технологии меняют культуру?

Одно из главных изменений, на мой взгляд, касается ПО: раньше существовало разделение между языком и технологиями, а сейчас оно исчезает. Язык принадлежал людям, а технологии управляли машинами, но сейчас, когда ты пишешь программу, ты используешь язык с синтаксисом и семантикой: код можно прочитать и понять. При этом язык заставляет работать программу, и это уникальный случай, когда технология и язык едины. Моё поколение и более молодые люди живут в мире, в котором языки программирования так же нужны, как знание английского, русского или китайского.

Может ли у устройств с искусственным интеллектом быть своя культура?

Да, конечно. Мой друг Джеймс Брайдл ведёт блог The New Aesthetic, в котором он собирает произведения, созданные машинами и показывающие, как машины видят мир. В блоге есть много того, что кажется нам ошибкой, глитчем, но собрав все эти произведения вместе, Брайдл доказывает, что у современной техники есть собственный визуальный язык и эстетика. Возможно, в будущем будут не только машины, которые создают что-то, но и машины, которые воспринимают эти работы и оценивают их, то есть знатоки и критики с искусственным интеллектом.

 

   

 

Сейчас машины изучают то,
как мы видим мир,
— например, с помощью
Instagram и Facebook

 

   

 

 

Сейчас мы учим машины понимать нас — например, с помощью Instagram и Facebook. Эти социальные сети собрали самый большой архив фотографий в истории. Теперь устройства с искусственным интеллектом могут изучить весь архив Instagram или Facebook, и, возможно, это поможет им понять человеческую визуальную культуру. Мне кажется, эта информация поможет машинам эффективнее коммуницировать с нами.

Кроме того, мы видим другую трансформацию: некоторые изображения сами становятся машинами. Например, так работают изображения на купюрах. Если поместить их под ультрафиолетовый свет, то можно определить, не фальшивка ли перед вами. То есть картинки работают, как машины, которые выполняют некое действие. Другой пример — это мой проект, который я сделал вместе с отделением нанотехнологий в Калифорнийском университете Сан-Диего. Они изобрели чернила, которые могут распознавать взрывчатые вещества в воздухе. Рисуя ими, вы получаете изображение, но на самом деле оно является машиной, которая «вынюхивает» взрывчатку. Это похоже на интерфейсы: мы кликаем на изображения, а они совершают некие действия.

Расскажите, пожалуйста, о вашей книге The Black Stack.

В ней я рассматриваю новые компьютерные технологии — устройства с искусственным интеллектом, облачные хранилища, интерфейсы нового поколения и т. д. — как одну огромную структуру, состоящую из множества слоёв. Современные законы не учитывают существования этой системы, и поэтому мы видим, например, конфликт между облачными платформами и государствами, потому что они претендуют на одну и ту же территорию. Государство построено внутри физических границ, а облачные платформы не подчиняются этой географии, и два пространства начинают противостоять: например, как Китай и Google. Этот конфликт, возникший в 2008 году, со временем только усложняется из-за разных представлений о границах и суверенитете. Сегодня каждый человек и каждая точка на земле имеет множество наслоений, и поэтому нам нужна вертикальная модель юрисдикции и подчинения. «Стек» — это технология, которая требует нового подхода к политике.

фотографии: Иван Гущин / Институт «Стрелка».

Рассказать друзьям
2 комментарияпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.